Дарья Кравченко

Обо мне лучше говорят стихи )))) Все они написаны в сокровенные моменты. Пишу стихи с начальных классов школы. Этот талант достался от папы, хотя сейчас он признает, что я свои способности больше развила. Родилась я в Новоульяновске, но родственники разбросаны по миру: в Калужской области, в Сибири, в Германии. Люблю созерцать, а не разрушать. С большим трудом расстаюсь с прошлым и привычными вещами. Но в то же время не могу жить без новых ощущений и впечатлений. Эта двоякость мне очень свойственна, поскольку даже мой гороскоп сложно определить, ведь родилась я в полночь с 20 на 21 февраля (а это переходный период). Сейчас я работаю на УАЗе, в корпоративной газете. Помимо служебных обязанностей есть и общественные: являюсь членом Совета по работе с молодежью предприятия.

*** 

Ей стало тесно на земле порочной,

И вот, оставив тяжкий воз забот,

Сняв с плеч печаль, как будто бы сорочку,

И пролистав всю жизнь наоборот,

Подняв впервые взор к просторам синей дали,

Отбросив страх свой в ворох старых дел,

Она на край карниза очень тихо встала

И посмотрела вниз на крошечных людей.

И, не найдя искомого ответа,

Расправила забытые крыла,

И полетела к проблескам рассвета,

И стала жизнь прозрачна и мила.

Она летела – ветер пел ей песню,

Она парила – солнце жгло лицо,

Она жила впервые так чудесно

И не зависела уже ни от кого.

Но с каждым взмахом крылья уставали,

Усталость же рождала силу в них,

Уста молитву неизвестную шептали,

Тут ветер неожиданно затих...

Что стало с ней, мы не узнаем ныне,

Жива ль она иль, может, умерла,

Но на карнизе том так и лежат поныне

Забытых два расправленных крыла.

 

 

ПЕРВЫЙ СТИХ В 2009 ГОДУ

 

Рискую – это стало смыслом жизни,

Ревную – то уже не про меня,

Есть голос, что мне шепчет о харизме,

Есть стих, в котором нет тебя.

Тебя нет очень-очень часто рядом,

Тобой наполнены мечты,

Тебя я умоляю взглядом,

Чтоб был лишь в моей жизни ты.

И снова за окном усталый вечер,

И снова я скучаю и грущу,

И вновь для теплоты сверкают свечи,

И слезы убегают по лицу.

Почтовый ящик украшает стену дома,

Но органы его пусты, как та душа,

Которая была когда-то так знакома,

И что ушла в безвестность без гроша.

Сегодня я не стану удивляться,

Если в закрытую ты дверцу постучишь,

Прости, но я не буду улыбаться

И не скажу: «Навек твоя, малыш».

Я просто обниму, и станет жалко,

Что нет подарка для тебя сейчас,

Ты вдруг посмотришь страстно и так жарко,

Что все прощу и полюблю тотчас.

Любовь придет, и, верю, очень скоро

Ты приведешь в тот мир, где нет тоски,

Где все беспечно и ужасно ново,

И где друзья друг другу так близки.

 

 

ДРУГУ

 

Ты хочешь счастья? Это в жизни важно.

Но что ты сделал, чтоб его создать?

Ты ждешь любви, неистовой и страстной,

Чтоб каждый день мог душу согревать.

Не хочешь думать о невзгодах, раны

Зализываешь, как бродячий кот,

И, зная, что вокруг все люди хамы,

Ты в крике затыкаешь себе рот.

Ты ненавидишь лесть, предательство, измену,

Но ангелом ты не стремишься стать,

И разбиваешься о созданную стену,

Ту, что не видят все и не хотят понять.

Не в силах справиться с реальностью, ты плачешь

И убегаешь, чтобы скрыть глаза,

Но нет такого места, где боль спрячешь,

И за слезой опять скользит слеза.

Ты ищешь счастья в лабиринте жизни,

Но путь твой больше походит на круг...

И кто поможет победить все "измы"?

Верно только настоящий друг?

 

 

***

Как мы порой беспечны в выраженьях

И очень пафосны в надуманных словах,

Как мы небрежно просим искупленья

У тех, кто очень предан нам в делах.

Мы часто раним и не замечаем,

Как больно для других пренебреженье,

Но тот, кто иногда нас все же понимает,

Хотя б на миг достоин уваженья.

Мы забываем это и однажды,

Сказав кому-то вроде бы пустяк,

Мы задаем одни вопросы дважды,

Не понимая, что пошло не так,

И, не дождавшись нужного ответа,

Мы через этот миг переступаем,

И так живем с заката до рассвета,

А лучше бы сказать – мы выживаем.

 

 

БОРДЕЛЬ

 

Вот музыка стихла, забили в тамтамы,

Ночная прохлада люд сводит с ума,

Здесь нет джентльменов, и мы не мадамы,

Здесь все захмелели от вкуса вина.

Красивая девушка села за столик,

Но за душой у нее ни гроша,

И этот стареющий маленький «нолик»

Делает вид, что жизнь хороша.

Вот бравый военный, но, чуть присмотревшись, –

Потаскан мундир, взгляд голодный, пустой,

А после, дешевого рома наевшись,

Он поглощен ненасытной толпой.

Вот самый честный и смелый политик,

Что разбирается в крепости вин,

В народе известен он как аналитик –

Шутом прослывет до самых седин.

Графиня вчерашняя здесь появилась –

Как молоко, что прокисло в сенях:

На вид – ничего, хорошо сохранилась,

Внутри – одинока, как ветер в полях.

В борделе ты встретишь и бога, и черта,

Не зная стыда, их двоих осужу.

Чему удивляться? – Мораль уже стерта.

Смелей! Оглянись! Там, в углу, я сижу.

 

 

*** 

Все началось, когда из сада рая

Изгнал Бог Еву с суженым своим,

И вот, по грешной по земле шагая,

Они познали: скучно быть двоим.

Смятенье душ, мольбы напрасный шепот

И по щеке скользящая слеза

Воспринимались Богом лишь за ропот,

Вернуться было им уже нельзя.

Но чистота их чувств Творца смягчила сердце,

И вот в один из новых ясных дней

Открылась к таинству бессмертия дверца,

И стало на душе у них светлей.

Обители телесной жизнь так быстротечна,

На суету, заботы, на дела

Мы тратим дни бездарно и беспечно

И забываем, что она одна.

Чтобы остаться на земле надолго,

Изгнанники зашли за тайны дверь,

И искра зародилась из осколков,

И не одни изгнанники теперь.

Прошло немало лет, и первые создания

Живут лишь в нашей памяти, душе,

И сколько было в них простого обаяния,

Мы не узнаем никогда уже.

Пусть тел не стало, но частичку Бога

Они оставили на брошенной земле,

Мы – это их бессмертия дорога,

Да не исчезнет она пусть в седой золе.

Вы, я, – мы ходим все под Богом,

Его мы дети, мы его искра,

И как бы ни судил нас за грехи он строго,

Но в час последний все ж возьмет на небеса.

 

 

НА ПРОЩАНИЕ

 

Растворяясь в иллюзиях призрачных грез,

Ты уходишь к мечтам своей легкой походкой,

Я смахну пелену набежавших вдруг слез

И тебе улыбнусь на прощанье украдкой.

Впереди у тебя новых встреч рубежи,

Бесконечное поле новых целей и планов,

Но на память, прошу, узелок завяжи

Нашей дружбы, которая не станет туманом.

Вспоминай иногда, как смеялись гурьбой,

Как ругались и ссорились, зная, однако,

Что поддержим друг друга, смиримся с собой,

Что простим и поймем без стыда и упрека.

Жизни новый виток – испытанье для нас,

Нашей дружбы, любви, нашей преданной веры.

Уезжая, ты шепчешь: «Не забуду всех вас».

Но услышат слова только клены и скверы…

 

 

ОПЯТЬ СТОЮ Я НА КОЛЕНЯХ

 

Опять стою я на коленях

И умоляю мне помочь,

Меня запутали сомненья,

Их я не в силах превозмочь.

И я терзаюсь мыслью грустной:

Зачем себя мне унижать?

Зачем о том, чего не нужно,

Просить кого-то мне опять?

Зачем я должен улыбаться?

Зачем я сдерживаю крик?

За что обязан пресмыкаться,

Молвы бояться, как старик?

Кто возложил вот это бремя?

Кто меня им короновал?

И кто сказал, что счастье – время –

То, что я людям отдавал?..

Опять стою я на коленях,

Но этот миг себе прощу,

Ведь дать ответы на вопросы

Впервые для себя прошу.

 

 

МОИ РАЗМЫШЛЕНИЯ ЧЕРЕЗ СТЕКЛО БУТЫЛКИ

 

И снова полупьяное веселье,

Вкус философии на губах,

Наша жизнь – беспробудное похмелье,

Постепенно превращающееся в прах.

Мысли губят мозг одинокий,

И пьянеет рассудок от них,

И в душе появляются строки,

На бумаге рождается стих.

И бокал уже не союзник,

И жидкость в нем не сестра…

За окном пролетел «кукурузник»…

Бог един, в небе нет креста…

За строкою волочется строчка,

Боль рождается снова в затылке,

Творчество словно слеза-одиночка,

Что забыли на донце бутылки.

 

 

ЗАСТЕКОЛЬЕ

 

В окне увидела свое я отраженье,

Оно смотрело на меня без выраженья,

Оно молчало, походило на меня,

Но показалось, что в окне – не я.

Я подошла поближе – холодом пахнуло,

И отраженье чуть меня спугнуло,

Без чувств смотрела на меня оно,

Вдруг больно мне кольнуло под ребро.

Двойник оскалился в моем окне –

Мурашки побежали по спине.

Двойник немного отошел назад

И начал разговор, не отрывая взгляд.

– Ты думаешь, я только отраженье

Иль плод туманного воображенья?

Быть может… Но попробуй осознать

Все, что хочу сейчас сказать.

Вся ваша жизнь – страданье, горе страх,

Порою запах крови на руках,

Бездарные надежды, глупые мечты,

Отсутствие того, к чему стремитесь вы –

Все тленно, все проходит, словно сон,

И очень часто боль приносит он,

Все умирает, как ваш грешный мир,

И Бог лишь временный для вас кумир.

Вы тени жизни, вы иллюзия, стекло,

Которое установили мы в свое окно.

 

 

*** 

Мы вчера умирали от скуки,

А сегодня готовы к войне,

В кандалах были грубые руки,

А сегодня свободны оне.

Мы не знали вчера, что неправда –

Это правда, которой живем,

Мы любили себя не взаправду

И не верили в счастье вдвоем.

Мы бежали навстречу интригам,

Мы сражались за чьих-то врагов.

Мы… А были ли мы в этих книгах

По истории для дураков?..

 

 

УХОД МЫСЛИ

 

Познав почета славный круг

Иль не найдя средь нас признанья,

Мысль покидает нас, как друг,

Не получивший пониманья.

Она уходит в долгий путь

Без сожаленья, без упрека,

С пути ее нельзя спугнуть,

Она горда и одинока.

Она сияет, но не так,

Скорее гаснет безвозвратно

И, как поверженный твой враг,

Уж не воротится обратно.

И мысль ушла, забудь о ней,

Не поминай былое всуе,

Теперь она среди теней,

Что жизнь-художница рисует.

 

 

*** 

А завтра я уйду туда, где уж не будет

Ни ласкового слова, ни имен,

Которые землянин позабудет

Или которыми воодушевится он.

Там не почую боли от утраты,

Не защемит в груди от нелюбви,

Не ценят там земные наши траты,

Там сам себе ты лучший визави.

И за приход туда никто не судит,

Лишь по щеке скользящая слеза

Во мне остаток жизни вдруг пробудит,

Но воротиться будет мне уже нельзя.

Там равнодушие – закон немилосердный,

На прошлом там поставлю я запрет,

Но вдруг нечаянно засветит мне усердно

Моей надежды очень яркий свет.

 

 

*** 

Холодная вечность раскрыла объятья,

И звезды царапают кожу до боли,

Зима, не снимая снежного платья,

Для нас не желает иной, лучшей доли.

Под снежным покровом укрыта насущность,

Слепым стал весь мир за холодной стеною.

Нет мыслей, и чувств испарилась вся тучность,

И лишь тишина идет рядом со мною.

Предметно не видя, конкретно не зная,

В туманной бескрайности лишь осязая,

Пытаясь догнать, от себя убегая,

Дышу ли? Живу ли? Себя ли терзаю?

Забыты слова, слов утрачены смыслы,

И бренное тело не жаждет уж блага…

Зима – это лишь календарные числа,

А снег – это только застывшая влага.

 

 

*** 

Вчерашний день уж догорал неслышно,

И в мир людской едва ползла луна… -

В такой момент слагаются двустишья,

Легко ложатся на тетрадь слова,

Перо вдруг вспоминает, что когда-то

Оно принадлежало птице в небесах,

В нем вспыхивает прежний дух азарта,

Как ветер в непослушных парусах.

Раскрыв объятья, вечер наступает,

Луна-Мадонна проливает свет…

Вокруг пера вновь чудо оживает,

Не ведая, не чувствуя запрет.

Бездарность уже всперила подушку,

Ко сну склоняют ее чары волшебства,

Перо же, словно детская игрушка,

Жизнь начинает с чистого листа.

Оно кружится в танце вдохновенья,

Искрится радостью, и сдерживает боль,

И выражает на листе свои сомненья,

Пытается познать вселенской жизни соль.

В момент, когда все звуки в мире стихли,

Перо стремится много говорить,

Чтобы на утро в будней серых вихре

Себя могла бездарность удивить.

 

 

*** 

И снова на арене цирка дрессировщик,

Ему покорны тигры и слоны,

Всем кажется, он у судьбы погонщик,

Все восхищения поют ему псалмы.

Он ярок, гладко выбрит, напомажен,

Бесстрашно каждый раз заходит в клеть,

И зал становится энергией заряжен,

Боясь, что дрессировщик может умереть.

Со стороны – ему подвластны все напасти,

Он приручает их ударами хлыста,

А львы и тигры разевают пасти,

Словно котята, что желают молока.

Но загляните цирка за кулисы:

Чтоб восхищать толпу простых зевак,

Он должен, как немая биссектриса,

Встать между тем, кто друг, и тем, кто враг.

И в поединке страха с дикой болью,

В борьбе когтей и яростных клыков

Он жертвует своей лишь только кровью,

Не вешая на зверя ярлыков.

Он укротит кто раза в три сильнее,

Он победит безжалостный оскал,

И новый шрам, как будто галерею,

Украсит тело, что рассудок усмирял.

Рубцы он скроет вычурным костюмом

И выйдет на арену, улыбаясь всем,

Никто не прослывет в народе вольнодумом,

Не зная то, что дрессировщик – Гуинплен.

 

 

*** 

Как одиноко бывает вечерами…

Лишь диалог с измученной свечой,

Зализывая ран душевных шрамы,

Ведешь самозабвенно пред судьбой.

И в сумраке дрожащем от свеченья

Тебе обидно, но комфортно между тем,

Лишь тело от души желает отреченья,

Пытаясь мозг избавить от недавних тем.

Тепла ты жаждешь всем своим сознаньем,

Но ощущенья дарит только лишь свеча,

Предательски дрожащая перед дыханьем,

Что, обжигая, остается холодна.

А за окном на темном небосклоне,

Где звезд колючих негасимый свет,

Сияет месяц, восседающий на троне

Тьмы бесконечности и тайн грядущих бед.

И его холод дарит зыбкую надежду,

Что вечность распахнет объятия свои,

А ты, как слабо мыслящий невежда,

Шагнешь в мир безупречной доброты,

Где тебя любят, где твои желанья

Хоть что-то значат для друзей и для врагов,

Где ты познаешь цену состраданья,

И не почувствуешь ты тяжести оков…

В мечтах и грезах проползает вечер,

Как будто судно без спасенья парусов,

И одиноко так бывает вечерами,

Но так комфортно без свалившихся оков.

 

 

УБЕЖАТЬ

 

Убежать и мысленно забыться,

Убежать и бросить белый свет,

Убежать, но только не влюбиться,

Убежать, найти на все ответ.

Раствориться в вечности беспечной,

Раствориться в озера глазах,

Раствориться в бездне бесконечной,

Раствориться в ветре, словно прах.

Утонуть в объятьях темной ночи,

Утонуть в безмолвии реки,

Утонуть, как кто-то напророчил,

Утонуть, как в море моряки.

И понять, что горе бесконечно,

И понять, что преданности нет,

И понять, что счастье быстротечно,

И понять, что жизнь – сплошной запрет.

И лететь, как раненая птица,

И лететь навстречу всем ветрам,

И лететь, забыв родные лица,

И лететь по скверам и дворам.

Только на душе неясное творится,

Только время не воротишь вспять,

Только ничего уже не повторится,

Только от себя, увы, не убежать.

 

 

КЛОУН или ОБО МНЕ

 

Смешная жизнь проходит на арене,

Где зрителей полно и много реквизита,

И он выходит каждый день на сцену,

Которая не блещет без его визита.

Он дарит свой талант безадресно, но ярко,

И потешает зал своей игрой беспечной,

Что кажется, будто его улыбка

Настолько искренна, что с вами будет вечно.

Он рад, что всякий раз в ответ вы улыбнетесь

И позабудете обиды, грусть и ссоры,

А после представленья мирно разойдетесь,

Запомнив блеск в глазах, готовы сдвинуть горы.

Он посвятил себя тому, что, видя радость,

Задор и позитив, отсутствие с ним скуки,

Вы лишь с надеждой в новый день вступали

И верили бы в будущее без скупой разлуки,

В святое счастье, преданную дружбу,

Любовь без рамок и иных запретов,

А чтобы все это свершалось год за годом,

Не слушает назойливых советов.

Но вечером, когда уходит зритель,

Смывает маску, ту, что каждый верит,

И остается со своей печалью,

Которую никто не перемерит.

И в этот миг стихает все живое,

И краски мира светятся иначе,

Но только звезды в поднебесье знают,

Когда клоун в одиночку плачет.

 

 

НЕЗНАКОМЦУ

 

Ты груб и духом не силен,

И очень часто ранишь душу,

А я дарю тебе поклон,

Не в благодарность, нет. Послушай,

В поклоне я склонюсь затем,

Чтоб не поймать твой взгляд небрежный,

Бессовестный, но все же нежный,

Который очень часто нем.

Склонюсь еще и потому,

Чтобы не видеть, как смеешься,

И не скажу я никому,

В ошибках, что не признаешься.

Я поклонилась? – Не беда.

Ты прав и виноват. Быть может…

Поклон тебя не растревожит,

А я была и есть всегда.

Но в сердце залегла печаль,

Словно ракушечка на пляже.

Причина мне ясна, и жаль,

Что не друзья с тобою даже.

 

 

ОБРАТИ СВОЙ ВЗОР ТУДА, ГДЕ НЕБО

 

Я вижу небо с куполами,

На куполах сиих кресты.

Под небом люди с алтарями,

Душой они уже мертвы.

Они совсем не замечают

Красот небесных, эту высь.

В них только теплятся, роятся

Стада пороков всех земных.

Не слышно в них металла речи,

Не видно доблести в сердцах,

И в алчности растут их дети,

И вянут розы в их венках.

Они, рождаясь, умирают,

Увы, не телом, а душой,

Как жаль, сего они не зная,

Хотят найти себе покой.

Их раздражают разговоры,

Для них работа – это ад,

Война для них ужасней ссоры,

Она противна им, как смрад.

Они себя лелеют, любят,

Боятся навредить… себе,

Других они небрежно судят,

Их не волнует то, что вне

Предела их постыдной жизни,

Вне зоны их скупых страстей,

Безмолвствуют они, иль киснут,

Иль убегают от речей.

Для них еда нужней, чем воздух,

Для них сосед – не человек,

Им постоянно нужен отдых,

И жить они хотят лишь век.

Но как прожить, если ни разу

Не поглядел ты в небеса?

Ты избегаешь, как заразу,

Той чистоты их пояса,

Которая струится, льется

И плещется который день,

Бежит, торопится, смеется,

Отбрасывая наземь тень.

Подняв чело и вверх взглянувши,

Они посмотрят на кресты,

Что высятся над куполами,

Для них нет неба, а, увы!..

 

 

*** 

Я пьяна? Быть может… Но не только

Не могу я с телом совладать,

Разум мой туманится, и сколько б

Не смогла я слов сейчас сказать,

Все они правдивы, но опасны

Для твоей измученной души,

Нет, слова не будут сладострастны,

Им цена лишь медяки, гроши,

Но в них правда. Да, я возрождаюсь

С каждым новым днем и утренней зарей,

В солнечных лучах я каждый день купаюсь

И любуюсь в зеркале собой.

Да, я слышу сон застывшей речки,

Как мороз за окнами скрипит,

Любо, как мой кот сопит у печки,

Нравится, как радуга горит.

Да, я плачу, когда дождь прольется,

Когда птенчик крылья распрямит,

Когда маленький ребенок засмеется

И когда старушка заворчит.

Я смущаюсь наглому закату,

Я безадресно пишу стихи,

Верю я, что, может быть, когда-то

По судьбе шаги станут легки.

Умиляюсь шумному прибою

И грущу под музыку небес,

Убедилась, что всегда со мною

Есть и бог, и беспощадный бес.

И что б ни было со мной и сколько,

Мой девиз теперь: «Сильней держись!»

Я влюбилась? Может быть… Но только

Я влюбилась не в тебя, а в жизнь.

 

 

*** 

Мечта пророчит нам судьбу иную,

Надежда свет дарует в темноте,

Наш страх стоять на месте заставляет,

А одиночество бросает в пустоте.

Законам жанра заставляя подчиняться,

Судьба ведет на проторенной тропе,

Нас ужас умоляет не сорваться

И не примкнуть к уродливой толпе,

Той, что забыв тревоги и заботы,

Отбросив одеянья важных дел,

Уходит от нормалей и законов

В туман забвения, где ждет иной удел.

Там затеряется, забудет обещанья

И воспарит над миром, над землей,

Там, может быть, прочтут о ней преданья,

Там она сможет быть сама собой.

 

 

ИГРУШКА

 

Ты увидал ее в красивой упаковке,

Своею новизной она тебя пленила,

И при твоем напоре и сноровке

Она тебя в свой мир, увы, пустила.

Наивная игрушка была рада

Дарить улыбки, понимать и слушать,

И лучшая для ней была награда –

Не дать проблемам твой покой нарушить.

Ей было счастье – слышать смех негромкий,

Но знала: каждого, кого ты страстно любишь,

Включая прадедов и будущих потомков,

Ты все же никогда не позабудешь.

Она жила с тобою рядом и незримо

Поддерживала в трудную минуту,

Со временем стал чаще проходить ты мимо,

Не замечая нежность и заботу.

В углу сидит игрушка, и безмолвно

Душа и чувства порошатся пылью.

Как грустно и ужасно больно,

Когда тебя однажды позабыли.

 

 

СНЕЖИНКА

 

Снежинка падала, играя

С порывом ветра за окном,

Я ей желанье загадала

И не пустила к себе в дом.

Мороз крепчал, она искрилась,

А я следила все за ней:

Вот на перила приземлилась,

Вот полетела по аллее.

С малышкой белой улетало

Мое желанье в никуда,

И, может быть, оно попало,

Но почему живет тогда

Уверенность, что счастье будет,

Что радуга опять взойдет,

Палитра дня, что не убудет,

А тот, кто ищет, тот найдет?!

 

 

*** 

Как кошка подкрадусь во мраке ночи,

Таинственно в глаза твои взгляну,

Ты ждешь, тебе я счастье напророчу

И прекращу холодную войну.

Но я кокетливо пройду, тебя минуя,

Лишь кончиком хвоста тихонечко задев.

Я в жизни никому не повинуюсь,

Гордячка первая из горделивых дев.

Я томно обернусь, заулыбаюсь кротко,

Как будто бы желанья дали слабину,

А моя плавная и легкая походка

Тебя мгновенно заточит в тюрьму.

Ты будешь жаждать каждой новой встречи,

Стремиться моим телом обладать,

Ты будешь раздевать во сне закутанные плечи

И мои руки страстно целовать.

Но каждый раз дразнить я буду только,

Чтоб мощным становился чувств катод.

Не пожалею я тебя нисколько,

Ведь сладок лишь запретный плод.

 

 

ОДИНОКИЙ РЫЦАРЬ

 

Он был после встречи той одинок,

Безмолвно искал черты силуэта,

Того, что забрал сон и покой,

Затем разменял их, как будто монету.

Блуждает среди многочисленных лиц

Пустой, незнакомый, потерянный рыцарь,

И рыцаря сердце нельзя приручить,

Он спрятал его в каменеющий панцирь.

Он стал неприступен и дьявольски горд,

На нежность людей смотрит бешеным волком,

Он телом живет, без мечты не умрет

И в новом себе разбирается с толком.

Война для него – это крови пожар,

Он колет врага стрелой равнодушья,

Он не погибнет, не испытав

Страсти объятий до слепого удушья.

Но, в ратный бой на рассвете вступив,

Увидит знакомую тень силуэта,

Панцирь даст трещину, тело пронзит

Холод вошедшего в сердце стилета.

 

 

А ТЕЛО СТАЛО УВЯДАТЬ

 

А тело стало увядать,

Оно без чувств не знает жизни,

Душа, забытая опять,

Стремится убежать от казни.

Парализован мозг, а дух

Познал растерянность, смятенье,

И только сердца робкий стук –

Надежда на перерожденье.

Лишь по инерции стучит,

Не видя смысла в этом деле,

Моторчик мой, что породит

Неразбериху в бренном теле.

Нет цели, для чего стучать,

Надежда призрачна и зыбка,

Но как луч света мне опять

Блеснула вдруг твоя улыбка.

 

 

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

 

Он обжигает холодом дыханья,

Оно же жалит искрами костра,

В морозных лапах ты не ищешь состраданья,

В пожарах страсть становится остра.

Лед остужает твой бокал с напитком,

А тот огонь раздует в теле, и

В ночи они столкнутся поединком:

Лед и огонь – две грани, две судьбы.

Лед будет отрезвлять, колоться,

Огонь – пьянить, в объятья завлекать,

Никто не победит, придется вновь бороться,

Когда в ночи увидятся опять.

 

 

***

В душной темноте при тусклом свете

За столом сидят Судьба и наш Создатель,

На кону игры – господни дети,

У судьбы же ставка – меч-каратель.

Дым сигарный затмевает разум,

В воздухе – коньячный аромат,

Ставки сделаны по-крупному и разом,

И сдаются карты быстро, наугад.

Не «Дурак», а деловитый «Покер»:

Туз, король, и дама, и валет,

Но смеется крайним все же Джокер,

На сукне стола не ведая запрет.

Без эмоций и без чувств, безмолвно,

Соблюдая правила, стандарты,

Игроки раскрылись все беспрекословно,

И Судьба нас выиграла в карты.

И наш путь в ее руках отныне,

Но не каждый это понимает,

А за проигрыш свой в приступе гордыни

Всемогущий нас теперь карает.

 

 

*** 

В аллее парка на скамейку

Присела поболтать с собою,

Внезапно я там повстречалась

С своей израненной судьбою.

Она сидела, улыбалась,

Но больше делать не могла,

Моя судьба, как оказалось,

Была нема, глуха, слепа.

А мимо шел беспечный мим,

Воруя взглядов восхищение,

Я взором повстречалась с ним

И заслужила уважение.

Мим был прекрасен, и азарт

Дарила пластика движений,

Но куб невидимый вокруг

Итогом был всех вдохновений.

Я поняла, что мим – то жизнь,

Которой я живу на свете,

Как луч, что светел и игрив,

Но за нее лишь я в ответе.

Судьба беспомощна сидит,

Жизнь проскользает тихо мимо…

Что делать: пожалеть судьбу

И полюбить бродягу-мима?

Я встала со скамьи тотчас,

Минула мима, улыбаясь,

И поспешила от проблем,

Судьба же на скамье осталась.

 

 

*** 

В ночном полумраке открыто окно,

Там волны шипят, остывая от солнца,

В бокале, играя, искрится вино –

Субстанция мыслей до самого донца.

И ветер тихонько ласкает бокал,

Пытаясь украсть мысль-подругу шальную,

Он морю известен как юный нахал,

Соблазном что пену взбивает морскую.

На эту игру наблюдает луна,

Безмолвно смотрящая вниз с небосклона,

Луна в этот вечер опять холодна,

Теплом своим редко кому-то знакома.

На небе бескрайнем, где звездная пыль

Развеялась шлейфом, запретов не зная,

Луна разделяет: что – сказка, что – быль,

Но правду надежно от мира скрывает.

Взглянув на бокал в ночной темноте,

Возникнет желание вспыхнувшей спичкой,

Впервые луна утонет в вине –

Субстанции чьих-то нечаянных мыслей.

 

 

*** 

Буквы в слова, слова в предложения,

А рифмы в стихи ежедневно слагаются,

Минуты сплетают часы вдохновения,

И лишь параллели не пересекаются.

Дороги, маршруты окутали землю,

И люди бесцельно по оным шатаются,

Не веря в надежду, и чувствам не внемлют,

И редко друг к другу теперь прикасаются.

И реки, ручьи, словно вены на теле

Земли, паутиной живой расползаются,

И комкают мысли люди на деле

И временами не улыбаются.

И миф, и реальность приходят к единству,

И сны в этот миг непременно сбываются,

И мир устремляется к совершенству,

Когда параллели не пересекаются.

 

 

*** 

«Машины едят нас, машины повсюду», -

Подумала я на своей остановке,

Даже автобус, возникший, как чудо,

Глотает людей по известной сноровке.

Нам холодно, сыро, мы жутко устали

С душой одинокой бежать от напастей

И ищем укрытия в кузова стали,

Себя мы бросаем автобусам в пасти.

Автобус проглотит с душой нас и телом,

И в тесной утробе его мы поедем,

Мы заняты мыслями, он занят делом,

И в этом союзе нет цели к победе.

Мы будем толкаться внутри исполина,

Мечтая для мыслей о светлой парковке,

А червь, что из стали, вздохнет вдруг уныло,

Рыгнет и всех выплюнет на остановке.

Comments: 0

Алексей(Четверг, 27 Март 2014 14:12)

О у е)) Новая техника чтения!!! Между строк!!! Расскажите, расскажите!! Очень интересно

 

#5

Евгения(Понедельник, 25 Ноябрь 2013 19:04)

.. и между строк можно многое прочесть

 

#4

Сергей(Воскресенье, 24 Ноябрь 2013 17:41)

А я бы не рекомендовал. Во-первых, каряво очень местами (рифма и слог иногда напрочь пропадают); во-вторых, слишком много воды. Словно кто-то сказал автору, что нужно больше сравнений, больше непонятных словосочетаний - тогда будет круто! Нет, не будет. Выходит обо всём и ни о чём. А "глубокими" такие стихи можно назвать только из солидарности, потому что читатель ничего не понял в них и не хочет казаться простофилей. Вы уж меня простите.

 

#3

Евгения(Воскресенье, 24 Ноябрь 2013)

Хорошие.. Читаешь-перечитываешь, находишь что-то свое, близкое..

 

#2

Валентина(Воскресенье, 24 Ноябрь 2013 15:52)

Очень "глубокие" стихи!

Рекомендую всем прочитать дополнительно стихи по ссылке (стрелочка в конце этой страницы).

 

#1

кира(Вторник, 19 Ноябрь 2013 18:58)

Потрясающие работы!проникают в сердце!

Алиса(Понедельник, 03 Декабрь 2012 17:10)

Очень хорошие стихи,очень понравилось.

 

#1

Алексей Волков(Вторник, 20 Ноябрь 2012 19:56)

Это замечательно, Даш. Как я люблю.