Дарья Ефремова

АПЕЛЬСИНЫ ВМЕСТО ПУТЕШЕСТВИЙ

 

Сиди дома и чисть апельсины,

И пусть кто-то другой

Изучает леса и равнины,

Карту неба над головой.

Пусть иной составит маршруты

И пройдет по Китайской стене,

Он рассмотрит над Сеной салюты,

Побывает в далекой стране.

Кожура отлетает кусками,

Аромат наполняет твой дом,

Только фрукты – они не Гавайи,

Не Париж, не Сеул, не Кантон. 

 

 

МЕДЯК

 

Спрятать душу за грудой блестящих обломков,

Чтоб на перевалах кричать в пустоту. Громко.

Смывать и втирать, точно масло, обиду слезами.

И гневно ругаться за чертов медяк с моряками.

Кричать, что на крышах живут перелетные птицы,

И врать на бегу, что ты местный, из нашей столицы.

Взывать в каждом храме к богам, что тебя не услышат,

Молить о пощаде, давя каблуком тех, кто ниже.

Мешает дышать покрывало в отсутствии света,

Пропалишь окошко окурком простой сигареты.

И в мрачном отчаянии зароешься в толстые книги,

Пропахшие пылью и запахом сладкой ванили.

Так пахли те руки, что в детстве к себе прижимали

Того, в ком нет больше уже ни войны, ни печали.

И рвется за глупый медяк затянувшийся спор

Меж теми, кто плавит в металлы дыхание гор.

 

 

В ТУМАНЕ

 

В тумане, покрывшем всю землю,

До края не видно зари.

И сила рожденного дремлет,

Светить могут лишь фонари.

 

Закутаюсь в старое платье,

А небо послужит пальто,

И выйду из дома в объятья

Тумана на горном плато.

 

Пусть дышат упрямые ели,

Скрываясь в тиши облаков,

Пусть прячутся в мягкой постели,

Забытые, в тени лесов.

 

В молочном, усталом тумане

Идти, не оставив следов,

Запутавшись, сгинуть в обмане

Средь этих седых городов.

 

Не страшно ничуть, даже сладко,

Под небом, в тумане блуждать,

Забыть о структуре, порядке,

И просто дышать и мечтать.

 

Закутавшись в платье из света

Молочного тонкого сна,

Бреду я за красками лета,

А следом ступает весна.

 

 

МГНОВЕНЬЯ ПОБЕДЫ

 

Бывает, что слово рождает мгновенье

Успеха, что хочешь в душе сохранить,

Победы, что знаешь, далась нелегко так,

Но смог ты себя в этот раз победить.

И сердце стучало, потели ладони,

Казалось, споткнёшься, но, сжав кулаки,

Ты мысленно в бой на коне понесёшься,

В реальности – просто читаешь стихи.

Возможно, ты просто пишешь экзамен,

Сдаешь на права, иль кричишь на торгах,

Торопишься к сроку, сдаёшь на удачу,

И ставишь упорно флажок свой в горах.

И вторит надежда: «Ты сможешь. Ты знаешь».

И вдруг забываешь о треморе рук,

О том, что не выспался или напутал,

Сегодня лишь вера – спасательный круг.

Сражайся так, будто не ведаешь страха,

И меч поднимай, сокрушая врага,

Но помни, что люди вокруг – «человеки»,

И каждый желает кусок пирога. 

 

 

БОЯЗНЬ СЦЕНЫ

 

Есть люди, что смешат прохожих,

Я явно не из их числа.

Ну, выйти я смогу, положим,

Но дальше – просто пустота.

Все мысли путаются разом,

Забыта суть, да в чем вся соль.

Моим «удачным» парафразом

Весь юмор стал не «в масть», а «вдоль».

Есть люди – пишут анекдоты,

Смешные и на злобу дня:

Про ЖКХ, ГАИ, работу,

Но это все – не для меня.

Хотел бы стать я юмористом,

Людей со сцены забавлять,

Но чую, буду я юристом –

С чего-то надо начинать.

 

 

ТВОЙ ВЫХОД

 

Когда пылью пропахла роба,

И ты знаешь, что скоро рассвет,

На краю молчи, смотри в оба,

Где здесь выход – найдешь свой ответ.

Тебе хочется музыку слышать,

Сбросить в прошлое пласт тишины,

Ветер в поле травы колышет,

Облетают цветы бузины.

И за городом птицы щебечут,

Так должно быть, ты веришь, что есть

То заветное место для встречи,

Там где сможешь себя ты обресть.

Пусть затихли в городе звуки,

Не беда, что не знаешь путь,

Через время, потери и муки,

Ты найдешь, куда повернуть.

Будут в такт стучать паровозы,

Будет слепо стремиться река,

И по радио снова – прогнозы,

А над городом – вновь облака.

Когда пылью пропахнет роба,

Ты поймешь, что скоро рассвет,

В тишине молчи, смотри в оба,

Где здесь выход – теперь твой секрет.

 

 

ДУША ПОЭТА

 

Застынет в арке на мгновенье,

И плечи к свету развернув,

На крае тьмы и сновиденья

На жизнь по-новому взглянув,

Виденье чудное из пепла,

А может, из костей простых,

Глазами, что давно ослепли,

Взирает на сердца живых.

Кто знает –  там, на грани света,

Стоит иль мается, стремясь,

Душа уставшего поэта,

Смотря на боль, войну, и грязь.

Он будет рад вернуться к миру,

Но кто услышит его зов?

Когда в честь нового кумира

Звучит соцветье голосов.

Сейчас живут другие люди,

Которым, не важна душа

Того, кто все равно пребудет,

Даже посмертно, не дыша.

Кто будет там, на грани сна,

О вечности читая песни,

Взывать с заката до утра

К Душе свободной и чудесной.

Пусть наглухо закрыты двери,

Но слышат песни чудный зов

Живые люди, птицы, звери,

И шепчут в ритме звуки слов.

Спасет поэт свое наследие.

И будет ярче всяких снов

Через века, через столетия

Оркестр сотен голосов.

Comments: 0