Алексей Поваров

Поваров Алексей Валериевич (Лекс Суойн)

23 года

Работаю в Центре Культурного Развития города Инза руководителем кружка «Керамика»,

где занимаюсь с ребятами лепкой из глины и учу их работе на гончарном круге. 

г. Инза

Иной мир

Двойник принцессы.

Вчерашний школьник Александр, совершив преступление, во время побега попадает в другой мир, где царит «средневековье с пушками». Так получилось, что он уж очень похож на дочку правителя города-государства Старая Гавань, Елену. Девушку похитили, чтобы шантажировать отца, и Александр соглашается подменить ее, участвуя в хитром плане в обмен на возможность вернуться домой. Вот только получится ли остаться прежним, побывав в передрягах с перестрелками? Захочется ли вернуться назад в свой старый мир, особенно когда обрел в новом возлюбленную и друзей?

Пролог

— Вон, видишь их? — я показал дочке на семью болотных кабанов, которые расположились на небольшой поляне. Звери размером со среднюю собаку, имеющие грязно-зеленый цвет шерсти, рыли мордами землю в поисках съедобных корешков. Нас они пока не заметили.

— Вижу, пап, — она подняла охотничий винчестер, направив ствол в сторону кабанов.

— Хорошо, теперь прицелься вон в того крупного, в вожака.

Герда приникла к прицелу винтовки.

— Теперь задержи дыхание, затем плавно нажми на курок. Плавно.

Дочка чуть сдвинула пальцем спусковой крючок, затем резко задрала ствол вверх. Раздался выстрел, а вслед за ним рев и похрюкивание удирающих с поляны кабанов. Герда нарочно промахнулась.

— Ма-зи-ла! — по слогам произнес сидящий рядом с ней Андрей. — Пап, она нас без трофея оставила!

— Ничего я не мазила! Я специально выстрелила в воздух. Просто… Они ведь живые и ничего плохого нам не сделали.

— Ладно тебе, хватит оправдываться, мазила.

— Ах, так!

Герда привстала и дала брату подзатыльник.

— Ай! Оставила меня без жареных кабаньих окороков, а теперь еще и дерется!

— Брось. В машине лежит одна тушка, — ответил я сыну.

— Всего одна! Для меня как-то маловато.

Андрей любил много и хорошо поесть. Почти всегда в карманах жилетки у него находилась какая-нибудь снедь. Но, несмотря на это, он постоянно оставался худым.

— Давайте собираться, может, подстрелишь что-нибудь по дороге.

Я забрал у Герды свою винтовку и повесил за спину. Свернув подстилки, на которых мы лежали в засаде, мы отправились к внедорожнику.

Рядом с большим, похожим на микроавтобус джипом, раскинулось небольшое болотце, посреди которого стоял гигантский почерневший от старости пень. Не знаю, сколько лет было этому дереву. Судя по размерам пня, раза в два превышающим нашу машину, много. Вроде бы ничто не внушало опасений — пень как пень. Но когда мы подошли ближе, из трещины в исполинском пне появилось странное существо. Уродливое создание было похоже на десятиметровую змею с прикрытой панцирем рыбьей головой и острыми шипами на спине. У нас у всех имелось оружие: висящие за плечами у меня и Андрея винтовки, пистолет Герды и мой здоровенный револьвер — трофейный, лично отобранный мною у одного бандитского атамана. Существо обвило своим телом ноги Андрея и уставилось на меня круглыми глазами, открывая и закрывая полный зубов-игл рот.

— Не дергайся! — сказал я сыну и медленно потянул из кобуры револьвер. Мощный патрон с крупнокалиберной пулей должен пробить панцирь твари, если верить рассказам деревенских охотников.

Существо наблюдало, как я достаю оружие. Когда мне это почти удалось, оно резко развернуло свою башку к Андрею, разинуло пасть… и сразу же захлопнуло ее, получив пулю в глаз. Хитиновый «шлем», закрывающий голову ползуна (именно так называется это создание) нельзя пробить семимиллиметровой пистолетной пулей, поэтому Герда и выстрелила ему в глаз. Ползун взглянул оставшимся глазом на меня, поднял увенчанный острым шипом хвост и наставил его на Андрея. Затем он зашипел, отпустив свою жертву, свернулся кольцами и сдох.

— Ну вот… — облегченно выдохнул я. — Я же говорил, что-нибудь подстрелим…

— Извини… — протянул Андрей, обращаясь к сестре. — Беру слова про «мазилу» назад. Спасибо.

Он подошел к сестре, обнял ее и приподнял.

— Да… В моем мире такие монстры не водятся, — сказал я, присев на корточки возле мертвого ползуна.

— А какие водятся? — спросила дочка с интересом. Она всегда любила мои рассказы о другом мире, из которого я прибыл. Мире, из которого я ушел ради своей любви и новых друзей. В том мире у меня не было никого кроме матери, но и она с удовольствием отправилась вместе со мной сюда.

— Ну… такие вот уродливые точно не водятся. Когда я попал сюда восемнадцать лет назад, я сначала даже пугался местной живности, но потом ничего, привык, — ответил я.

Мы с сыном подняли тушу ползуна и погрузили в закрытый кузов джипа, затем сами забрались внутрь. Не знаю, съедобен ли ползун, или его потроха годятся только на настойки деревенских аптекарей, а панцирь на шлем, но мы с дочкой решили сделать из него чучело и поставить в зале — хвастаться перед знакомыми отличным трофеем.

Андрей устроился на задних сиденьях в обнимку с карабином, а мы с Гердой сели на передние. Закрепив винчестер в специальных креплениях под крышей кабины, я запустил двигатель.

— Пап, ты и бабушка много рассказывали нам о том мире, но ты еще никогда не рассказывал, как попал сюда? — задала вопрос дочка.

— И правда. Пап, ты нам это не рассказывал, — оживился Андрей.

— Хм. Не рассказывал, так сейчас расскажу. До города еще прилично километров, так что успею вам рассказать все.

Лицо дочки стало лицом маленькой девочки, которой рассказывают интересную сказку.

— История интересная и необычная. Тогда я как раз познакомился с вашей мамой. Вы ведь видите, что мы с ней внешне очень похожи друг на друга.

— Андрей тоже похож на вас, а я отличаюсь лишь цветом волос, — заметила Герда.

Она права. Мы с сыном отличаемся лишь прической и одеждой. Я закрепляю волосы в высокий хвост и в основном ношу обычную городскую одежду. А Андрей с рождения начал косить под наемника: светлые волосы заплетены в три косички, из одежды он постоянно носит жилетку с множеством карманов и штаны с вставками на коленях. Лица у нас совершенно одинаковые, только у меня чуть посерьезнее. Герда тоже очень на нас похожа, только вот у нас волосы светлые, а ей от деда передался ярко-красный оттенок.

— Не перебивай отца, милая.

Я надавил газ, выводя машину на старую, заросшую травой дорогу, которой кроме охотников и собирателей болотных трав никто не пользуется.

— Ну вот, значит. Перед тем как попасть сюда, я только что закончил школу. В нашем мире обучение длилось всего одиннадцать лет. Мне тогда было восемнадцать, почти как тебе сейчас, Герда…

Дочка и сын внимательно слушали меня. А я, не забывая следить за дорогой, рассказывал им эту необычную историю. И будто бы снова переживал события восемнадцатилетней давности…

Часть 1

Фантастика, боевик, комедия

Глава 1

— Ну тя на фиг, Саня, — протянул Вовка.

— Катись ты к черту, дела у меня, — ответил я.

Не знаю, слышал он мои слова или нет перед тем как положить трубку, надеюсь, что слышал, гад. Я защёлкнул свой слайдер и вышел из кухни.

— Кто звонил? — спросила мама, оторвавшись от журнала.

— Да так… Придурок один, зовёт отметить окончание школы в парке, ночью.

— Вам выпускного мало?

— Видно, мало. Но я не пойду.

— Что так?

— Мам, ну ты же знаешь. Не люблю я все эти «сатанинские сборища», — поморщившись, ответил я. — Все нажрутся, а когда человек подшофе, он обязательно попадает в историю с не очень счастливым финалом.

— Сходи, последний год ведь.

Я махнул рукой и вышел.

— Выгони мотоцикл из гаража, в супермаркет съездить надо, овощи купить для салатов, да и стиральный порошок кончился, — крикнула мама мне вслед.

 

***

— Здорово, Саня! — заорал Вовка, когда мы с мамой въехали во двор. — Уже полчаса тебя жду.

Он подбежал ко мне, протягивая руку. Я снял шлем, но не ответил на рукопожатие. Вовка помялся немного и спрятал конечность в карман.

— Пошли сейчас, мы собираемся возле школы, — затараторил Вовка. — Скоро уже уходим.

— Да-да, иди, отдохни, — сказала мама. — Только сумки до квартиры дотащи — и свободен, но только до часу, опоздаешь — дверь закрою.

Ну, раз мама сказала, то это святое, придется сходить. Вот только трубку и футляр с табаком захвачу.

 

***

— О-о-о, какие люди! — заорал Юрка Волков, когда мы вышли на полянку.

Все присутствующие громко заржали. Вот только этого засранца здесь не хватало.

Мы присели к жалкому костерку, и я сразу закурил любимую трубку.

— Будешь? — сидящая рядом Катя — единственный адекватный человек на этом сборище, протянула мне бутылку красного вина.

— Благодарю. Я вижу, тебе здесь скучно?

— Ага, мне не понятно, о чём говорят эти придурки.

— Мне тоже.

Мы с Катей сидели возле костра, а остальные пили пиво, бегали друг за другом по поляне, рассказывали похабные анекдоты и сами же ржали над ними — в общем, все, кроме нас, развлекались. Я уже успел выпить вино и теперь, попыхивая трубкой, следил за Юркой и Вованом, которые обсуждали – кто из девчонок, как бы так поприличнее выразиться, имеет самую большую попу.

— Тебе подстричься пора, — сказал Женёк.

— Хр…н на тебе! Не для того такую красоту отращивал, — огрызнулся я.

— Ты уже на бабу смахиваешь со своими косичками, — Юрка тут как тут.

— Да мне пофигу, мне мои косички нравятся! И вообще, не пошел бы ты? А? Далеко и надолго?

— Даже обижается как баба! — воскликнул Юрка. — А может, он и есть баба? Чёт я его с девчонкой никогда не видел.

— Да потому что в нашем классе нет адекватных девчонок. Только Катька, но она же сама девчонок предпочитает, — алкоголь ударил мне в голову, и я уже не сдерживал себя. — У вас, бабуинов озабоченных, на уме только секс! Мне не нужна самка. Мне нужна женщина.

— В натуре, прям как девчонка. Слушай, Женёк, а давай проверим это, держи его! — сказал Юрка и направился ко мне.

Я хотел вскочить, но Наташка схватила меня за ногу, зараза. Я грохнулся прямо на неё — так этой кобыле и надо.

Накачанные руки схватили меня и усадили на место. Женька держал меня, а Юрка, ухмыляясь, шёл ко мне. Вырываться из рук Женьки и колотить его — пустая затея, ему один раз друзья бутылкой по башке дали — так хоть бы хны.

А Юрка тем временем уже присел передо мной, уже протянул руку…

И тут моя дрожащая рука нащупала трубку, которая выпала, когда я упал на Наташку. Я был пьян и очень зол на этих моральных уродов — рука с трубкой ударила Юрке в левый глаз. По пальцам тут же потекло.

— С…ка! Убью-у-у-у… — Юрка завизжал как кастрат из церковного хора.

Я почувствовал, как Женькина хватка ослабла. Я высвободился и дал ему ногой в пах (мои берцы с кустарно вставленными металлическими щитками — это не шутка). Он упал вместе с Катей, висящей у него на шее. Рывком подняв, я потянул её за собой в чащу. Все собрались вокруг орущего Юрки, но Наташка и Вовка бросились за нами.

Я бежал так, как не бегал ни разу в жизни, таща за собой Катьку. Она вскрикнула — поранила ногу об выступающий над землёй корень дерева. Я не какой-нибудь там силач, но в тощей Катьке и было-то килограмм тридцать, поэтому я закинул её себе на плечо и продолжил бег. Стало труднее, а преследователи были уже совсем рядом.

— Оставь меня, я спрячусь в кустах, пьяные они меня не найдут, — проговорила Катя на моём плече. — Со мной на плече они тебя быстро догонят.

— Не-е-е… — пробормотал я и задохнулся.

Катька упала с моего плеча и, привстав, толкнула меня.

— Беги, им нужен ты, — сказала она и заползла за куст акации.

— Черт, ладно. Но будь осторожна, хорошо? — ответил я и продолжил бег.

Если я не ошибаюсь, то скоро должна быть улица Вокзальная, а на ней и мой дом.

Я бежал и бежал, но Вокзальной так и не было. Дышалось тяжело, в ушах стучала кровь. Слезящимися глазами я увидел огромный жёлтый тазик полной луны. Странное дело, ведь луна сегодняшней ночью была меньше, да и видна была только ее половина. Потом до меня дошло — вокруг были не парковые тополя и берёзы, а трава до пояса, почти невидимая в окутавшем меня тумане. Что за хр…нь?

Впереди горели тусклые огни. Судя по звуку — кто-то из моих преследователей прекратил погоню. Я хотел развернуться и убежать из незнакомого места, но передумал и направился в сторону огней.

Глава 2

Огни стали ближе. Впереди был высокий забор и тускло подсвеченная лампой калитка. Все это я разглядел слишком поздно и с размаху врезался в неё, разбив при этом локоть. Калитка распахнулась, и я ввалился во двор, освещённый слабым прожектором, закреплённым на здоровенном ветряке. Сверху донёсся шорох и бормотание сонного человека. Присев под стогом сена, я попытался унять тяжёлое дыхание, которое, казалось, слышно за десяток километров.

Услышав звук шагов, я задержал дыхание. Во двор ввалился взмыленный Вован и, щурясь, огляделся.

— Вот…ты где! — задыхаясь воскликнул он, увидев меня.

«Молчи, дурак», — хотел сказать я, но меня опередил голос сверху.

— Кто здесь? Стрелять буду!

Вован рванул с места и исчез за калиткой. Для меня дороги назад не было — этот олень задел одну из стоящих возле забора толстых и тяжёлых жердей, которая и заблокировала захлопнувшуюся калитку.

— А ну, выйди на свет! — закричали сверху.

Рядом со стогом сена стоял необычный трёхколёсный фургон, чем-то напоминающий индийскую машинку — моторикшу. Под него я и забрался, надеясь, что меня не заметят.

— Вон он! Стреляй! — раздалось сверху.

Грохнул раскатистый, немного глухой выстрел. От такого расклада я немного обалдел.

Да, я знал, что солью и «резинками» можно стрелять в людей — это не смертельно.

— Ну ты ж, блин, снайпер! Из дробовика! Пулей! Да по бегущей цели! Да сразу в голову! Уважаю, мужик!

Сверху донеслись шлепки — хваливший похлопал стрелка по спине.

Вот теперь мой пьяный разум обалдел по полной. Они стреляют в людей! Убивают людей! Да, вляпался я по самые… косы.

— Одного я грохнул, но вроде во дворе ещё второй был, — ответил «снайпер». — Иди, посмотри под машинами.

Тут я заработал руками и пополз под машинами. Их там стояло ещё две — трактор и большой внедорожник с решётчатой кабиной, кажется, он называется багги.

Выбравшись из-под последней машины, я шмыгнул в стоящий рядом сарай.

— Да нет его там.

— Может, в барак залез? Проверь.

Сарай оказался бараком — с трёхэтажными полками-койками и длинным столом посередине. К счастью, внутри никого не было, и я присел под столом, думая, как отсюда выбраться. Может, с другого торца есть вторая дверь?

Выбравшись из-под стола, я встал в полный рост. Поднявшись, услышал сзади шаги. Стрелок радостно заорал:

— Я его вижу! Не уйдёт, гад!

Я бросился на пол, а надо мной пронеслась порция крупной дроби. Ещё один выстрел выбил щепки из глухой стены торца.

Пока стрелок, ругаясь, заряжал ружьё, я пополз вдоль стола к разбитым выстрелами доскам стены, надеясь выбить ногой поврежденный кусок и сбежать. За ногу что-то зацепилось, и я потащил эту ношу за собой. Времени на то, чтобы отцепить её, не было. Лёжа на боку, я пробил свободной ногой отверстие в досках. Кое-как пролез в него и покатился кувырком по пологому склону вместе с кулем, висевшим на моей ноге.

Я услышал ещё пару выстрелов, а после свалился со склона в воду. Чёрт! Я же не умею плавать!

Оттолкнувшись руками от дна, я вынырнул.

Оказалось, что вода достаёт лишь до середины груди. Нагнувшись, я снял с ноги странный предмет. Это оказался вещмешок, причем, не пустой, и даже с пристегнутой скаткой в водонепроницаемом чехле.

Повесив мокрый мешок на спину, я пошёл по течению ручья. На поверхности воды искрилась лунная дорожка. Красиво тут. Хотя и опасно.

Впереди, на фоне луны, виднелся мост. Добравшись до него, я выполз из ручья на берег. Обстоятельства последних часов выбили алкоголь из моей головы, а холодная вода ручья добавила бодрости. Спать не хотелось, но я понимал, что мне нужно отдохнуть. Было довольно тепло, поэтому я снял мокрую одежду и повесил на куст. Подтянув к себе вещмешок, я отстегнул чехол со скаткой. Мешочек оказался из необычной ткани — никогда такой не видел. Вроде бы целлофан, а вроде и резина, только очень мягкая, но прочная. Расстегнув похожую на молнию застежку, я вытащил из чехла сверток, оказавшийся тонким одеялом. Немного подождав, пока тело окончательно просохнет, я заполз поглубже в кусты, где завернулся в одеяло. Свернувшись калачиком, я начал понемногу засыпать.

Глава 3

Я проснулся от рычания мотора и грохота колёс по мосту. Вскочив, я сначала даже не понял, где нахожусь. После я вспомнил ночные происшествия и, осторожно выбравшись из-под моста, огляделся по сторонам.

Вокруг была холмистая равнина с высокой травой, по просёлочной дороге ехал трёхколёсный фургон — тот самый, под которым я прятался.

Солнце жарило, не щадя. Подойдя к ручью, я взглянул на своё отражение. Под глазами круги, лицо заострилось и покрылось грязью. Моя фирменная прическа из двух косичек превратилась в воронье гнездо. Я быстро искупнулся в прохладной воде и распустил волосы. Взяв мобильник, который разобрал для просушки, я включил его. Телефон работал, но связи не было. Я не мог понять, куда я попал, ведь рядом с моим городом нет таких красивых мест. А ещё в моём городе не стреляют в людей. Мой взгляд упал на вещмешок. Надо бы проверить его содержимое.

Я развязал узел, и первое, что нащупала моя рука, было очень короткое двуствольное ружьё мелкого калибра. Затем появились фляжка с водой и глиняная бутылка, глотнув из которой я понял, что там бражка. Также я вытащил продукты: солёные сухари, огурцы, вяленое мясо и соль в деревянной тубе. На самом дне мешка лежали длинный рыжий плащ из тонкой ткани с капюшоном, короткая зеленая майка, похожие на джинсы штаны из прочной ткани, широкий кожаный ремень с креплениями и треугольный кусок ткани — похоже, косынка. Из боковых карманов я вытащил небольшой мешочек и оптическую трубку. В мешочке оказались короткие патроны — всего восемнадцать штук. Повертев оптическую трубку в руках, я понял, что это оптический прицел и прикрепил его к ружью. Осматривая ружьё, я заметил, что у него нарезные стволы. Да это же двуствольная короткая винтовка! Вообще, оружие показалось мне странным, но я быстро в нем разобрался.

Одевшись и перекусив немного, я надел ремень и подвесил к нему мешочек с патронами. Вещмешок с пристегнутой скаткой я повесил за спину, а заряженное ружьё взял наперевес. Я здесь не у себя дома. Здесь, как я понял, другие правила. Конечно, в первый раз стрелять в человека трудно, но, думаю, у меня получится. Если местные опять начнут по мне палить, то я отвечу им взаимностью.

Я вылез из-под моста и осмотрелся. Впереди дорога взбиралась на высокий холм, а с других сторон было лишь необъятное море высокой травы, простиравшееся до тёмно-зелёной полоски далёкого леса. Посмотрев назад, я увидел стоящие особняком бревенчатые строения. Над ними медленно вращался уже знакомый мне ветряк. Это там меня чуть не подстрелили. Нет уж, туда я не пойду. А идти-то ведь куда-то надо, значит, буду двигаться по дороге на холм. В неизвестность, что ждёт меня на его вершине…

Я шёл по дороге, внимательно всматриваясь в траву. В некоторых местах ровными рядами росла пшеница и другие злаки, огороженные невысоким заборчиком: где плетеным из прутьев, а где и сбитым из тонких жердей. Наверняка работа людей с фермы, с которой я сбежал. В том, что это ферма, не осталось сомнений, так как я видел трактор и стога сена, пока прятался от того хр…на с дробовиком.

Я заметил, как зашевелились несколько колосьев. Сзади раздался шорох, и я резко повернулся, рыская стволом винтовки по зарослям. Вроде, всё спокойно. Но ведь был звук! Накатил порыв ветра, и колосья закачались, издавая похожий шорох.

«Всё нормально. Просто ветер», — успокоил я себя.

Опустив ружьё, я развернулся. И встретился нос к носу с… огромным волосатым червём! С перепугу я выстрелил в упор, и червь лишился своей уродливой головы. Зарядив оружие трясущимися руками, я прицелился во второго червя, выползшего на дорогу в двадцати метрах от меня. В прицеле возникла мерзкая голова со жвалами, и я выстрелил. Пуля выбила из головы червя фонтанчик бесцветной слизи. Убедившись, что вокруг больше нет тварей, я приблизился к трупу одной из них.

Тварь оказалась не червём, а гусеницей трехметровой длины, с длинной шерстью и жвалами. Может, они бы и не сделали мне ничего плохого, так как я знал, что гусеницы питаются растениями? А еще гусеницы со временем превращаются в бабочек. Это какого же размера должна быть бабочка, бывшая такой гусеницей? Может, заловить одну и полететь домой верхом? Шутка.

Перезарядив ружьё и попив воды, я продолжил свой путь. Теперь я обращал внимание на каждый шорох.

Впереди на дороге что-то лежало. Присев на корточки, я прильнул к оптическому прицелу и увидел уже знакомую мне гусеницу, раздавленную колёсами машины. Рядом с гигантской гусеницей сидел жук, тоже не маленький, и жрал её. Панцирь жука был круглый, как тазик, весь состоящий из черных хитиновых пластин. С каждого боку у него было по четыре лапы. Я решил пристрелить тварь — крупноватый он больно, не хочу с ним встречаться. Вон какие передние лапы — прямо пилы хитиновые, зазубренные, полметра длиной.

Прицелившись в жука, я спустил курок, надеясь пробить его панцирь. Надежда пробить хитин жука рухнула. Насекомое развернулось и с верещанием бросилось в мою сторону. Головы у жука не было. Вместо неё были две узкие щёлки в панцире и челюсти.

На верещание этого монстра из травяного моря выбежала его точная копия. Вдвоём они перли на меня, не обращая внимания на мои выстрелы. Понимая, что пули против них бессильны, я решил их обдурить. Я нырнул в заросли, затем обойдя их стороной, вылез за их спинами.

Я допустил ошибку. Вместо того чтобы по-тихому ретироваться через заросли, я побежал, и они меня заметили.

Я побежал от них на холм. Несколько раз стрелял в них, но это было бесполезно. Они догоняли меня, ведь у меня всего две ноги против их восьми. Патронов осталось всего четыре. Я уже почти добрался до вершины холма и обернулся. Вдруг над головой прострекотала очередь.

Пули отскакивали от тварей как горох, но всё-таки жуки остановились.

— Цел? Давай скорей ко мне! — раздался спокойный голос.

Я подбежал к мужчине лет тридцати, с волнистыми каштановыми волосами до плеч и бородкой «эспаньолкой». Через стёкла очков на меня смотрели веселые глаза.

— Не боись этих «тазиков». На самом деле с ними очень легко справиться, — объяснил он мне. — Смотри, видишь эти швы между хитиновыми пластинами?

Он поднял к плечу короткий автомат, отдаленно похожий на полицейский «Кедр» , но со светлым деревянным прикладом и более массивным длинным корпусом и стволом. Тщательно прицелившись, он выпустил по «тазику» две пули, попавшие в швы. Панцирь треснул, и от него откололся кусок, открыв при этом выпученные чёрные глаза.

— Теперь пальни в него.

Я выстрелил в беззащитную морду жука. Тварь перевернулась и смешно задрыгала ногами. Тем временем автоматчик легко справился со вторым монстром.

— Дезинфектор, — сказал мужчина и протянул мне руку. — Меня наняли истреблять вредителей в полях.

— Александр Кошкин, — представился я. — Не понимаю, что за хр…нь здесь вообще происходит.

Мужчина засмеялся, запрокинув лицо к небу.

— Ха! Так ты точно из другого мира. Я тоже попал сюда оттуда же, откуда и ты, только несколько лет назад, — обрадовался Дезинфектор. — Вот тебе повезло-то, что на меня наткнулся. По-крупному повезло. Рад встрече, дружище. Чтобы войти в курс дела, тебе надо посетить Старую Гавань. В местном баре всё узнаешь. Это недалеко, смотри.

Рука в перчатке указала на горизонт, где были видны очертания высоких домов.

— Идём со мной, но сначала переоденься, а то твоя одежда слишком привлекает внимание. У меня тут есть запасной комплект.

— Нет, спасибо, — отказался я. — У меня есть.

Я достал из мешка местную одежду. Дезинфектор удовлетворенно хмыкнул. Переодевшись в местные штаны и майку, я уже приготовился убрать плащ обратно в мешок, но Дезинфектор остановил меня:

— Не убирай. Накинь, но не застегивай.

— А я в нём не запарюсь? — спросил я.

— Без него ты замёрзнешь. Несмотря на солнечное утро, скоро пойдёт дождь. Дождь здесь бывает почти каждый день.

Действительно, на горизонте вскоре появились тучи.

— Ранен? — спросил местный, указывая на локоть.

— Да нет. Так, ушибся, когда удирал с местной фермы.

— Кровь пошла. Давай перевяжу, а ты пока поведай мне о своих приключениях.

 

***

— Да, повезло тебе, — произнёс Дезинфектор, закончив с раной. — Я этих людей знаю. Они сначала стреляют, а потом думают. Одичали совсем на своей ферме.

— Дезинфектор, а как ты попал сюда?

— Просто Дез. Дезинфектор слишком длинно. Как я попал сюда? Слушай, раньше я служил в одной воинской части, будь она трижды проклята. Тогда у меня было другое имя, но прозвище Дезинфектор уже приклеилось ко мне. Ненавижу насекомых и всегда стараюсь их раздавить, если вижу. Служба в армии была невыносима. Старики гоняли нас, а ротный всё время талдычил: «традиция, традиция». Когда получил ефрейтора, стало немного легче. Среди новобранцев оказался один адекватный человек — Никита, который стал моим другом. Вспомнив, как трудно мне было в первый год, я помогал ему. Сержанты, видя что я дружу с молодым, недолюбливали меня и устраивали нам с Никитой разные, мягко говоря, пакости. Они презирали меня за то, что я не нагружаю молодых «по-полной». Это были жестокие, наглые люди. От их зверства в одной роте повесился на ремне «дух». Также во время стрельб они ранили трёх молодых солдат, перекинув вину на их же друга. Однажды ночью они подкараулили Никиту в туалете и принялись избивать. Он ещё легко отделался, благодаря тому, что я не спал и услышал его крики. После этого Никита, который был сиротой, решил дезертировать. Я решил бежать с ним, так как кроме меня у него никого не было. В ночь побега мы попали в передрягу и разделились. Меня окутал туман — и вот я здесь. Не знаю, где мой друг, но надеюсь что у него всё хорошо, — закончил Дез грустно.

Чёрные грозовые тучи были уже совсем рядом. Стало холоднее, и я застегнул плащ.

Пока мы шли, Дез указал под ноги и сказал:

— Хорошую ты пушку раздобыл, вот только патронов у тебя не очень. Пополни запас. Внимательно смотри под ноги.

Нагнувшись, он поднял из куцей травки толстенький патрон со следами ржавчины.

— Здесь часто происходит стычки с «тазиками». Ну, или «бронниками», как их умники всякие называют. Представляешь, как много людей не знают их слабых мест и в панике убегают, часто роняя дрожащими руками патроны, — Дез кинул мне патрон. — Лови. Хоть он и не подходит к твоей пушке, зато в городе ты сможешь обменять его на что-нибудь или продать.

— А что это вообще за недоразвитая двустволка? Фигня какая-то. Вроде винтовка, даже с прицелом, но мелкая слишком? — спросил я.

— Мелкая? Так она и называется «Микровинтовка». И не фигня это, хоть по внешнему виду и не скажешь. Хорошая штука, довольно редкая. Несмотря на размеры, она очень точная, да и семимиллиметровые патроны для нее дешевые. Такие используют наемники, чтобы не таскать с собой в походах тяжеленную снайперскую винтовку. Ну и охотники ее уважают. И охранники на фермах любят из нее диких псов отстреливать. Эти твари вечно крутятся поблизости.

Пройдя всего около одного километра, я насобирал около двух десятков патронов к своей винтовке, и еще пол сотню патронов других калибров. Кроме патронов попадались ещё гильзы и другие вещи. Дезу в придорожной канаве попался короткий винчестер с погнутым стволом. Повесив его на спину рядом с автоматом, он пояснил:

— Продам на запчасти.

Сзади раздался далёкий шум мотора. Развернувшись, я увидел вдалеке большой багги.

— Мне знаком владелец этой машины. Он один из тех фермеров, от которых ты сбежал ночью, — Дез, щурясь, разглядывал машину. — Повяжи на голову косынку, он может узнать тебя.

Подобрав длинные волосы, я повязал косынку. Через минуту машина догнала нас.

— Привет, Дез! — заорала высунувшаяся из багги физиономия. — Куда идёте?

— Привет, Никола. В Старую Гавань.

— Давай ко мне, нам всё равно по пути.

Никола гостеприимно отодвинул в сторону железный лист, заменяющий дверь. Дез пропустил меня на заднее сиденье, кинув рядом со мной вещмешок, а сам плюхнулся на переднее. Взревел двигатель, и автомобиль тронулся. Торчащая из необычного двигателя труба с козырьком зачадила красноватым дымком. Облачко выхлопа занесло в кабину, и я понял, что машина ездит не на бензине или другом известном мне топливе, а на чем-то другом, имеющим сладковатый запах.

— Кто это с тобой? — спросил Деза водитель.

— Да так. Сашка, напарник мой.

— Ты ж ни разу не брал напарника?

— Скучно стало, вот и взял. А парнишке общение с опытным человеком не повредит.

— Что же ты своему дружку нормальных вещей не достал? Сам-то вон как вырядился.

Действительно, одежда у Деза была необычной и наверняка давала своему носителю некоторую защиту: крепкие кожаные штаны с металлическими наголенниками, заправленные в высокие сапоги, поверх свитера одет толстый кожаный бронежилет на одной лямке, который пересекал ремень с кармашками для обойм.

— Вот мы в город и собираемся, за снаряжением.

— Понятно. На ферме мальчишку, значит, подобрал.

— А какие у вас новости?

— Да прошлой ночью залезли к нам двое, не знаю зачем. Калитку проломили и ну орать. Я тогда как раз дежурил. Ну, одного Тихон грохнул. Странный он какой-то, одежда необычная и волосы короткие, аккуратные такие. Ты ж знаешь, у местных волосы длинные и часто в косички заплетены, как у меня, — Никола подёргал за одну из своих косичек.

— А второй?

— А второй с длинными волосами, больше на местного похож. Он сбежал. Ах, да! Ещё у Дашки мешок с винтовкой пропал. Я так думаю, этот, второй, его и спёр.

Дез обернулся и посмотрел на меня, ухмыльнувшись краем рта.

— А куда сам-то едешь?

— На другую ферму. За семенами гигантской тыквы. Видел такую? Два метра высотой! Если из неё кашу сварить — это сколько же человек прокормить можно! Мы давно на неё жетоны копили, она ведь дорогая – жуть. Одна семечка стоит… Тазики!!!

Багги проехал мимо выползших на дорогу двух тазиков, которые тотчас бросились за машиной. За ними вылезла ещё парочка, и ещё. Причем эти были заметно крупнее встреченных ранее, с поцарапанными панцирями.

— Дез! Эти твари колеса угробят! Стреляй по ним! У тебя хорошо получается с ними справляться.

Дезинфектор перебрался ко мне на заднее сиденье, и, подняв автомат, принялся палить в тварей одиночными.

Лишив хитиновой защиты двух бронников, он пихнул меня в плечо и указал на винтовку, а затем на жуков. Я понял намёк и расправился с жуками. Вдвоём мы за пару минут избавились от всей стаи в дюжину голов.

— Вот же гадость! — проворчал Дез. — Тупая скотина. Не знает, когда нужно остановиться.

— У них, похоже, инстинкт самосохранения напрочь отсутствует, — предположил я.

— Чего? А, ну да, точно. Может и так, — согласился наемник.

Дальше все ехали молча — Никола сосредоточенно вглядывался в заросли на обочине и перестал болтать.

Громады городских домов стали ближе. Впереди показался перекрёсток трёх дорог.

— Дальше наши пути расходятся, — Никола остановил машину возле обочины. — Удачи вам.

Подождав, пока мы выбирались из багги, Никола резко газанул и, развернувшись на месте, поехал по своим делам. Мы же направились по дороге, ведущей в город.

До города оставалось около километра, с такого расстояния была видна большая каменная стена, опоясывающая его. В центре возвышалось огромное здание с башней на крыше. Также на крыше был высокий шпиль, на вершине которого в прицел можно было разглядеть фигурку рыбы с длинным острым носом.

Позади раздался гудок, заставивший нас освободить дорогу. Мимо проехала странная машина, похожая на открытый джип, только длина её была десять метров. В кузове сидело несколько человек, равнодушно разглядывающих нас. В решётчатых корзинах, приваренных по бокам джипа, лежали мешки и плетёные чемоданы. Сзади на багажнике стоял пулемёт, за которым сидела девушка в очках и меховых наушниках. Обогнав нас, машина направилась в Старую Гавань.

— Местный автобус. Народ с хуторов в город на рынок везет, — ухмыльнувшись, пояснил Дез. — Хоть это и не наш с тобой родной мир, но здесь тоже есть цивилизация, кое-где даже превышающая уровень нашего мира. Вот у вас есть экстрасенсы?

— Полно. Только вот девяносто пять процентов из них — обманщики.

— Ну вот, тут их тоже полно. Ведьмами себя еще называют. У них, вроде, даже свои деревни в горах есть. Только обманщиков среди них нет. Ладно. А энергетическое оружие уже изобрели?

— Да вроде что-то там мутили с лазерными пушками…

— А здесь энергетическое оружие уже лет… много лет, короче. Говорят, секрет его изготовления местные унаследовали от древней цивилизации, которая исчезла, оставив свои города, в которых мы ныне живём.

— Так Старую Гавань построили не люди?

— Естественно. Местные не могли бы такого построить.

— Удивительно. То-то я гляжу — архитектура странная.

— Удивишься ты, когда мы войдём в город. Надеюсь, сегодня на посту Франц и Ганц.

— Кто?

— Увидишь.

Мы подошли к открытым воротам города. По бокам от ворот на стене возвышались две башни. Из бойниц торчали многоствольные пулемёты. Один из пулемётчиков помахал нам рукой, Дез ответил ему тем же. Пройдя через ворота, мы оказались в высоком туннеле шириной десять метров. Вдоль его стен стояли собачьи будки, а их обитатели сидели и спокойно смотрели на нас. Среди обычных собак сидел один необычный пёс, похожий на большую колли, с умными глазами и длинной гривой на голове. На собаке был одет кожаный жилет с карманами и кобурой, из которой торчала рукоять пистолета. Зачем собаке пистолет?

Дез подошёл к псу и протянув руку сказал:

— Привет, Ганц.

Собака подняла большую лапу в перчатке без пальцев и, пожав ладонь Деза, сказала человечьим голосом:

— Прривет, Дез.

После Ганц протянул лапу мне. Я пожал ее, похожую на волосатую человеческую руку:

— Привет, Ганц.

— Прривет.

— Где Франц? — спросил Дез.

— Дррыхнет, устал Фрранц.

— Слушай, где сегодня лучше всего остановиться на ночь?

— В Башне. Там сегодня вечерром копчёную ррыбу будут подавать.

— Ни хрр…на. Рыба у них прротухшая. Прривет, Дез, — сказал второй пёс, вылезший из большой будки.

— Здорово, Франц, — Дез пожал протянутую лапу.

— Ничего не прротухшая. Сам ты прротухший, Фрранц.

— Лучше остановитесь в Иглоносой ррыбе. Там сегодня мясной салат, самое вкусное, что я прробовал за свою жизнь.

— Спасибо, Франц.

Мы попрощались с псами и двинулись дальше.

— Что это за порода? Почему они говорят? — спросил я Деза.

— Я вначале тоже обалдел. Это местная порода разумных собак. Кроме умения говорить, они ещё могут общаться с обычными собаками, также они прекрасно передвигаются на задних лапах и прекрасно стреляют. Говорят, их создали те, в чьих городах мы сейчас живём.

Тоннель закончился, и мы вышли на широкую улицу. С двух сторон возвышались огромные дома коричневатого цвета. Кое-где были разбиты огороды. Возле выхода из тоннеля стояла пурпурно-зеленая приземистая машина с намалёванной на капоте рыбой. Рядом с машиной стояли двое человек в униформе: зеленые кожаные штаны, высокие подкованные сапоги, поверх пурпурной водолазки надет зеленый металлический бронежилет. У одного на голове повязана шаль, у другого пурпурный берет, из-под которого торчит хвост светлых волос. Вооружены они были автоматами, отдаленно напоминающими М16, на поясе у каждого висел узкий клинок. Когда я задержал на них взгляд, тот, что в шали, сказал мне:

— Веди себя прилично, парень. Вид у тебя, вроде, не бандитский, но всё равно, не влипай в истории. Увидишь что-то подозрительное — сообщи нам.

Мы отошли подальше и Дез сказал:

— Это местная полиция. Свою работу они выполняют на «отлично». Так, теперь ты идёшь в гостиницу «Иглоносая рыба», её легко найти. Идёшь прямо, потом увидишь справа здание с гобеленом, на котором нарисована пресловутая рыбка. Закажи комнату на двоих на мое имя. Расплатишься патронами — они возьмут. Я пойду, продам сломанный винчестер. Скоро вернусь.

И мы разошлись в разные стороны.

Глава 4

Дверь распахнулась и вошёл Дез.

— На, «напарник», твоя доля от поломанного винчестера, — Дез бросил мне кожаный кошель.

Поймав кошель, я открыл его. Внутри были прямоугольные жетоны, вроде как из черного пластика — тридцать штук.

— Немного, но я думаю, на первое время тебе хватит. Ты уже ел?

— Ещё нет.

В это время у меня заурчало в животе.

— Тебе лень было спуститься на пятый этаж? — Дез сбросил бронежилет и другую амуницию. — Ладно, идём. Я тоже голоден.

Оставив вещи в комнате, я запер её на ключ и вслед за Дезом спустился на пятый этаж, где была столовая. Мы заказали себе мясного салата, который так нахваливал Франц, тарелку сыра и бутылку пьяного кваса. В столовой был приятный полумрак, в стенах располагались ниши со столиками, освещённые разноцветными светящимися грибами, растущими в горшках на стене. Вдоль одной стены был подиум. Тут были и барабаны, и гитары (одна электрическая!), что-то похожее на рояль, духовые инструменты и даже скрипки. На сцене танцевали девушки в коротких платьях с пышными юбками.

Когда мы съели салат и принялись за сыр, танцовщицы закончили, и на подиум поднялась тонкая девушка в красивом закрытом длинном платье и скрипкой в руках.

Она заиграла красивую бодрую музыку, под которую хотелось встать из-за стола и пуститься в пляс. Дезинфектор и я громко хлопали скрипачке, и тут сзади раздался пьяный голос:

— Уж лучше б такая девка не деревяшку тискала, а мужиков уставших.

Пьяный мужик в черной рубашке зашвырнул на сцену бутылку и направился туда же, приговаривая:

— Идём со мной…

Он подошёл к сцене и протянул свои лапы к застывшей от страха девушке. Дез поднялся и направился к мужику. Меня тоже жутко бесят такие буйные уроды, мешающие жить нормальным людям.

— Убери от неё свои руки, животное, — Дез схватил мужика за плечо.

Тот повернулся и без разговоров дал Дезу кулаком в живот. Наемник согнулся пополам, а мужик заорал:

— Она моя!

В своем мире я бы не полез в драку, а позвал бы охрану — неохота потом с полицией объясняться. Да и штраф платить не хочется, если нечаянно покалечишь урода. Но здесь правила немного другие. Поэтому я встал из-за столика и направился к пьянице. Ведь у меня сейчас стресс, от которого надо избавиться. А лучший способ избавиться от него — что-нибудь сломать. Да и девушке помочь надо.

— Закрой пасть! — сказал я пьяному буяну. — Она не принадлежит тебе, и никогда не будет твоей. Уж я об этом позабочусь.

— Щенок! С…кин сын! Ты на кого полез вообще?!

— С…кин сын здесь только один. Это ты! — сказал, отдышавшись, Дез.

Разъярённый «с…кин сын» с рычанием бросился на меня с занесённой для удара рукой. Я успел отскочить, а алкоголик пробежал немного и приготовился для новой атаки. На этот раз я схватил его за руку и развернул — прямо в объятья Деза. Тот схватил его и ударил в нос. Мужик, поняв, что запахло жареным, бросился наутёк, но мы не собирались спускать ему все с рук. Я схватил его за рубашку и ударил в челюсть. Затем развернул его и, поддав пинка, отправил к Дезу. Наёмник выбросил вперед ногу и ударил мужика в живот. Когда пьяница упал, я от души наподдал ему ногой в пах целых два раза и сказал, наклонившись к смердящей перегаром роже:

— Получил, сволочь? Теперь у тебя вообще с женщинами ничего не будет.

— Что здесь случилось? — спросил вбежавший охранник с коротким обрезом помпового ружья.

— Да вот. Буйный тут один, орал, мол: «Я вас всех убью! Всё здесь раздолбаю! Я никого не боюсь! Охранника голыми руками уделаю!», на людей бросался, в музыкантов бутылками кидался, — ответил Дез.

— Ладно. Спасибо, что обезвредили его. Он уже многих здесь достал. Все-таки внесу я его в черный список.

Охранник взял буйного за ногу и потащил к выходу. Проводив его взглядом, Дез обратился ко всей присутствующей мужской части посетителей:

— Если кто-нибудь из вас обидит Надю — я тому лично обе ноги прострелю, ясно?

Некоторые лица мужского пола после этого отвернулись. Дез повернулся к девушке и спросил:

— Всё нормально?

— Всё хорошо. Спасибо тебе и… Как зовут этого парня? — спросила Надя.

— Саша, — представился я.

— Спасибо, Саша, — произнесла она.

— Да, спасибо. Кстати — это Надя, — сказал Дез и помог Наде спуститься.

— Я уже понял, — сказал я и пожал изящную руку девушки.

— Ладно, пока. Мы могли бы ещё немного посидеть с тобой, но мы сегодня слишком устали, — попрощался Дез с Надей. — У парня сегодня был тяжёлый день — столько нового за одни сутки. Он оттуда же, откуда я.

Надя удивлённо посмотрела на меня и кивнула.

Мы вернулись в комнату, и я сразу плюхнулся на кровать. Дез присел на табурет возле «светильника» — растущего в горшке жёлтого гриба, дающего приятный тёплый свет.

— Спасибо, что помог отвадить от Нади эту скотину. Я ведь люблю её. Нет, не скотину, Надю. Когда я попал сюда, она помогла мне стать здесь своим человеком. Я люблю её, а вот признаться как-то боюсь. Вот и лезут к ней всякие придурки да уроды, видя, что она свободна, — проговорил Дез, покуривая самокрутку. — Слушай, а давай ты и вправду будешь моим напарником, а? Ты нормальный парень, и драться умеешь как в последний раз в жизни, и умный. К тому же тебе придётся научиться жить в этом мире, тебе требуется наставник, я вполне могу им быть.

Дез скурил самокрутку, затем достал вторую. Раскурив её от первой, продолжил:

— Ну что, решил? Пойдёшь ко мне в ученики? Если не хочешь — настаивать не буду.

— Я согласен, — ответил я. — Ты единственный, кому я могу доверять.

— Отлично! Это надо отметить. Что будешь: пиво или бражку? А может, местного вина из винных пальцев?

— Чего? Каких еще пальцев?

— Винных пальцев! — торжественно произнес Дез, подняв палец вверх. — Растение такое, на человеческий палец похоже, только он в земле наполовину закопан и вкус у него великолепный, а уж вино из него получается — попробуешь раз, на всю жизнь запомнишь.

— Ну ладно. Тащи своё вино.

Когда дверь захлопнулась, я потянулся на кровати, задев руками и чуть не уронив висевшую над головой вышивку в деревянной раме. Картина покосилась, и мне пришлось её поправлять. Поправив её, я принялся разглядывать то, что было на ней изображено. На картине был город, стоящий на воде. Рассматривая картину, я заметил, что она снова покосилась. Я вновь её поправил, и она вновь покосилась. За картиной раздался громкий шорох, после чего она отодвинулась в сторону, а тот, кто находился за ней, лёгким кошачьим движением проник в комнату.

Пришельцем оказался парень в униформе местной полиции. Голова повязана шалью, на глазах тёмные очки. У него были узкие плечи, поэтому он легко пролез через отверстие за картиной. Я, хоть и худой, не смог бы пролезть через него. У пришельца была снежно белая кожа и чёрные губы.

— Александр Кошкин? — спросил он.

— Да, а что?

— У меня сообщение от мэра. Это очень важно.

— Откуда он обо мне знает?

— Он всё про тебя знает. У него к тебе дело.

— Какое?

— Держи, — белокожий протянул мне листок. — Там всё написано.

— А могу я доверять вам?

— Можешь. Тебе ничего не угрожает.

— Тогда ответьте мне. Зачем я мэру?

— Прочти записку. Если согласишься сотрудничать с мэром, то всё узнаешь.

— Чем докажете, что это всё правда?

— Представители древней расы никогда не обманывают.

— Какой древней расы?

— Думаю, можно тебе открыться.

Он снял очки, и на меня взглянули зелёные глаза с вертикальными зрачками. Затем он снял шаль, и я обомлел. Среди длинных, снежно белых волос, торчали острые, немного похожие на кошачьи, уши.

— Я Ланий, представитель древней расы, и я доверился тебе. Доверься и ты нам. Надеюсь, ты никому не скажешь про меня, — он дёрнул ухом. — Мне пора, твой друг возвращается.

Он быстро запрыгнул назад в отверстие и подвинул на место картину.

Вошёл Дез с бутылкой вина и двумя деревянными кружками. Увидев моё озадаченное лицо, он спросил:

— Что с тобой? И что это за бумажка у тебя в руках?

— Меня зачем-то вызывает мэр. Вот, в записке все подробности.

— Ну так прочитай её.

Я развернул листок. Внутри оказался ещё один листок, исписанный мелким почерком.

 

Александр Кошкин. Я знаю о тебе многое. Ты тот человек, который нам нужен. Пожалуйста, помоги мне в одном деле. Я хорошо отблагодарю тебя. Если ты согласен, то приходи завтра с утра к гостинице «Башня», можешь прийти с Дезом — ему можно доверять. Там тебя будет ждать Ланий.

Сергей Александрович Шварц

Мэр Старой Гавани.

 

Я прочитал послание и спросил Деза:

— Как думаешь, соглашаться?

— Думаю, да. Шварц хороший человек, весь город его хвалит. Хорошо иметь такого друга как он. Мой совет — соглашайся.

— Ладно. А теперь давай распробуем твоё вино, а затем спать.

Глава 5

Утром мы с Дезом отправились к гостинице Башня — той самой, где протухшая рыба. Пока мы шли, над городом пролетел небольшой дирижабль. Дез сказал, что дирижабли здесь почти все грузовые. Ни один человек в здравом уме не захочет покататься на дирижабле — местные бандиты обожают разряжать обоймы по их воздушным баллонам. Это у них уже что-то вроде народной забавы.

Рядом с Башней стояло несколько машин. Так как было раннее утро, людей на улицах не наблюдалось.

Одна из припаркованных машин — маленький трёхколёсный вездеход с глухой кабиной, подъехала к нам. Распахнулась дверь — внутри сидел Ланий. Он сделал приглашающий жест, и мы уселись в кабину.

Внутри вездехода было темно. Кошачьи глаза Лания, отражаясь в небольшом зеркале, сверкали во тьме салона. Одной рукой удерживая руль, он обменялся с нами рукопожатиями.

— Скучно как-то, — произнёс Дез. — Ланий, у тебя здесь приёмника нет?

Ланий отрицательно мотнул головой.

Тут я вспомнил про мобильник. Достав свой слайдер, я включил радио и настроил автопоиск. Через несколько секунд из динамика раздалось:

— … рыбная столица! Лидер по производству продуктов! Наша родная Старая Гавань. Я приглашаю вас, дорогие горожане, трудолюбивые фермеры, присутствовать на традиционном празднике! Также во время праздника будет ярмарка, на которой будет разыгрываться приз за самую большую гигантскую тыкву! Отложите свои дела и приходите на главную площадь. Награду лучшим людям города будет вручать сама Елена Шварц, дочь нашего любимого мэра! А сейчас, дорогие мои слушатели, послушаем музыку на «Радио-Гавань».

Из телефона полилась спокойная и красивая гитарная музыка.

— Что за праздник? — спросил я Лания.

— Праздник урожая, — ответил он. — Кстати, ты будешь на нём присутствовать.

— А когда он будет?

— Через пять дней.

— Ясно.

Машина подъехала к огромному зданию ратуши и остановилась во дворе, рядом с большим броневиком, похожим на БТР. Надев очки, Ланий выскочил из вездехода и подбежал к одному из полицейских, дежуривших перед воротами здания. Сообщив что-то охраннику, Ланий вернулся в машину, а полицейский заскочил в небольшую будку, и створки ворот разъехались в разные стороны.

Когда мы въехали внутрь, я увидел, что первый этаж здания напоминает здоровенный ангар. Вдоль стен стояли бараки, десятки полицейских сновали туда-сюда по своим делам. Здесь было несколько машин — патрульных легковушек и каких-то причудливых броневиков. Судя по звукам выстрелов, здесь было ещё и стрельбище.

— Это у них здесь типа плац, — произнёс Дез.

Мы подъехали к наклонному пандусу, ведущему наверх, и стали подниматься.

На втором этаже были гаражи и мастерские. Много машин стояло с открытыми капотами. Некоторые, для экономии места, были подвешены под потолком при помощи кран-балок. Рядом с полицейским автомобилем без передних колёс, подвешенном к потолку, суетились, рассматривая капот, два механика в грязных майках, подвешенные тросами к кран-балкам. Мы вылезли из машины, и Ланий крикнул механикам:

— Хватит в карты играть! У вас ещё работы полно.

Тут я заметил, что механики на самом деле играли в карты. Это на такой-то высоте! Да подвешенные на тросах!

Один механик нащупал у себя на поясе большой пульт и, нажав несколько кнопок, заставил кран опустить себя поближе к Ланию.

— Привет Ланий. С чего ты взял, что мы в карты играем? — спросил механик с английским акцентом.

— Джон, ну ты же прекрасно знаешь, кто я. Я хорошо слышу отсюда шлепки карт, — Ланий сдвинул шаль с головы, показывая острое ухо.

— А! Ну да. Бывай, Ланий, — механик снова поднялся и стал собирать разложенные на капоте карты.

Дальше мы зашли в небольшую кабину. Ланий нажал на стене какую-то кнопку, и мы поехали вверх.

Лифт остановился, и мы вышли в огромный зал. Ого! Как же здесь красиво! Посреди зала стоял длинный стол, вдоль которого с обеих сторон стояли кожаные кресла. Вдоль стен — диванчики и вазоны с цветами. Огромные красивые люстры не горели — сейчас помещение освещалось через огромный витраж с изображением иглоносой рыбы в середине.

В торце стола сидел человек лет тридцати, с красными, как кровь, волосами, зачёсанными и убранными в хвост, в круглых зелёных очках. Остроконечными ушами он напоминал эльфа из сказок. Человек поднял голову, осмотрел меня с ног до головы и спросил:

— Александр Кошкин?

— Да, здравствуйте.

— Здравствуй, — он протянул мне руку. — Я Сергей Александрович Шварц, мэр.

— Ну и что за задание вы мне хотите поручить?

— Это очень… скажем так… необычное задание. Берёшься?

— Сначала скажите, что нужно сделать.

— Побыть другим человеком, на сцене в школе ведь играл?

— Ну, играл, и что дальше?

— Ну вот и сыграешь одного человека, а также поможешь в его поисках. Он мне очень дорог. Я расскажу тебе всё, что я знаю об этом мире, и откуда я знаю тебя.

— Ладно, кем мне нужно быть?

Сергей Александрович взял со стола фото в рамке и протянул мне. На чёрно-белой фотографии была девушка лет восемнадцати, черты её лица мне кого-то напоминали.

— Подойди, — сказал Шварц, стоя у зеркала.

Я подошёл к зеркалу, Шварц взял фото и сказал:

— Посмотри в зеркало.

Я посмотрел.

— А теперь сюда, — Шварц протянул мне фото.

Точно! Вот почему мне были знакомы её черты. На фотографии она в лёгкой куртке и с большими серьгами в ушах, улыбается, держа в руках пистолет, на заднем фоне видны мишени. Я перевожу взгляд на зеркало — там тоже она. В плаще, с торчащими из-под банданы грязными волосами и почему-то с едва заметной щетиной на лице. Но это была она! Мы что, родственники?

— Согласен? — спросил Шварц.

Просьба, конечно, немного странная. Совсем немного — взять, да и сыграть девчонку. Он что, видел, как я в школе в девятом классе играл роль девчонки в шуточной постановке? Меня тогда и правда не узнали.

Я посмотрел в лицо девушки на фотографии. Красивая, и все-таки отличается от меня (даже в лицах близнецов можно найти отличия, если хорошенько присмотреться) — но остальным-то этого не заметить. Мой взгляд уперся в ее глаза — добрые, ясные. Захотелось помочь этой девушке.

А еще возникло какое-то странное чувство. Что-то торкнулось в душе, заставляя совершить ради этой девушки подвиг. В данном случае подвиг не такой уж и сложный — нацепить платье и стать двойником, а также помочь в ее поиске. Да и мэр будет мне должен.

— Ладно, — сказал я. — Уговорили. Но вы мне расскажете об этом мире, и откуда вы меня знаете?

— Ну, об этом мире рассказывать долго, — Сергей Александрович достал из узкого деревянного шкафчика небольшую брошюру. — На, это «Путеводитель». Я сам его написал — для тех, кто попадает сюда из твоего мира. Понимаешь, такие люди очень важны для технического прогресса моего города.

— Спасибо. Почитать я люблю, а откуда вам известно о моей жизни?

— Долгая история. Я, как и ты — не из этого мира. Но и не из твоего. Кроме этих двух миров есть ещё и третий. В этом третьем мире наука и техника шагнула далеко вперёд — его обитатели изобрели установку, позволяющую перемещаться между мирами. Среди учёных, собравших установку, был я — тогда ещё молодой.

— Но вы и сейчас не старый. Больше тридцати вам не дашь.

— Это местные условия позволяют людям выглядеть молодыми и жить дольше. На самом деле мне около шестидесяти лет. Так вот. Нас отправили в этот мир первопроходцами. Мы проводили разные эксперименты, делали замеры. Однажды мы встретили местных. Они не были похожи на нас, и командир группы захватил их в лагерь как образцы местной фауны. Среди местных была девушка. Её звали Елена.

— Как и вашу дочь?

— Да. Я влюбился в неё. У нас были тайные отношения. После кто-то из учёных заметил, что Елена беременна. Вскоре она родила дочку. Кстати, в это время в лагерь принесли Лания, ещё молодого. Группа нашла его в лесу. Он говорил, что ничего не помнит. Когда дочке Елены исполнилось три года, кто-то из персонала лаборатории выяснил, что я её отец. Командир пришёл в бешенство. Он обещал уничтожить «образцы». Из преданных мне людей в лагере была только киборг Хельга. Я решил бежать с ней, прихватив с собой Елену и нашу дочку, а также привязавшегося ко мне Лания. Во время побега Елену убили. Мы угнали катер, стоящий возле лагеря, и понеслись в неизвестность. Катер причалил к Старой Гавани, тогда ещё жалкой деревне. Вскоре мне удалось стать мэром и всё здесь обустроить. Дочку я назвал в честь матери.

— Вы сказали, что местные люди не похожи на вас. Чем? — спросил я.

Шварц снял свои круглые зелёные очки. Его глаза, как и волосы, оказались красными.

— Мы не люди. У нас сильно развит мозг. Мы можем читать мысли, владеем телекинезом и много чего ещё. В твоем мире это назвали бы магией.

— Еще вы не ответили на мой главный вопрос.

— Откуда я тебя знаю? Наши учёные отправили в ваш мир несколько своих спутников, которые вращаются вокруг Земли и снимают жизнь людей. Когда я бежал от своих коллег учёных, я прихватил с собой кое-какое оборудование. С помощью этого оборудования я следил за тобой, ведь ты очень похож на мою дочь, хотя не являешься ей родственником. Её похитили, и через два дня здесь появляешься ты. Какая удача, правда?

— Но почему наши учёные не заметили эти спутники?

— Они очень малы и замаскированы под космический мусор.

— Понятно.

— Может, уже займемся делом? — подал голос Дез.

— Идемте, — сказал Шварц, подняв со стола шляпу-котелок.

Мы направились к двери, находящейся за рабочим местом Сергея Александровича. За дверью был коридор с множеством дверей, оканчивавшийся лестницей. Поднявшись по ней, мы оказались в огромной оранжерее, занимающей целый этаж. Здесь были самые различные растения, зачастую очень причудливые. Также здесь был пруд, проходя мимо которого я заметил разноцветных рыб и небольших крабов. На фоне песочного дна выделялись красивые ракушки и странные создания, напоминающие трилобитов.

— Нравится мой сад? — спросил Шварц.

— Поразительно! — согласился я. — Я думал, в этом мире нет ничего красивого.

Вспомнив о вине, я спросил Шварца:

— А винные пальцы у вас тут есть?

— А как же. Вон растут, — его рука указала на странные растения.

Это растение действительно было похоже на человеческий палец, правда, до половины закопанный в землю. Когда он созревает, его «ноготь» краснеет и он становится похож на женский перст с накрашенным алым лаком ногтем.

— Угощайся, — сказал Сергей Александрович.

Я выдернул один палец и попробовал его. Его вкус не был похож ни на один известный мне фрукт или овощ.

В конце этажа-оранжереи был лифт. На нём мы поднялись в башню на крыше ратуши. Здесь были жилые комнаты. Поднявшись по винтовой лестнице, мы оказались перед высокой дверью. Шварц достал из кармана связку ключей и протянул их мне. Я вставил один из ключей в замок и распахнул дверь. За дверью оказалась комната, в которой, судя по чистоте и порядку, обитала особа женского пола.

— Это комната моей дочери. Пока ты будешь её заменять, ты будешь жить здесь. Заодно поищи улики, указывающие, кто и куда увёз мою дочь.

— Но ведь если похититель увидит меня — подставную Елену, он может избавиться от настоящей, думая, что двойник она? — задал я вопрос.

— Не избавится. Он не знает, кто из вас настоящая. Поэтому он захочет заполучить обеих. Он наверняка попробует тебя похитить, но мои люди и схватят его самого.

— Офигенный план, — вздохнул Дез.

— Ладно. Обустраивайся. И не забудь переодеться в одежду для выхода в город. Так, а для тебя, — Шварц вручил Дезу ключ. — Вон та комната.

Я вошёл в комнату и запер за собой дверь. Оставив свои вещи возле двери и стянув плащ, я направился к тумбочке возле широкой кровати. На тумбочке стояли три фотографии. Одна была копией той, что стояла на столе у Шварца. На другом фото Елена была в праздничном платье, похожем на старинное. Рядом, обнимая ее за плечи, стоял отец.

На третьем фото Елена в домашнем платье сидела на стуле, улыбаясь. Я встал с кровати и направился к окну. Возле него стояла оптическая труба. Открыв створки окна, я приник к окуляру трубы. Рассматривая город, я отыскал ворота, через которые мы вошли в город. Полицейская машина продолжала стоять на своём месте. На её капоте сидел полицейский в берете и рассказывал что-то, смеясь и бурно жестикулируя руками. Рядом, слушая полицейского, сидел Ганц. Полицейский резко всплеснул руками и сверзился с капота на землю. Ганц при этом засмеялся, высунув длинный красный язык. Страж порядка смущённо огляделся и кинул в смеющегося Ганца беретом, слетевшим с головы.

Отойдя от трубы, я направился к шкафу. В нем было четыре отделения, подписанные аккуратным женским почерком: «в город», «в дорогу», «на праздник» и «для дома».

Покопавшись в отделении «в город», я выбрал среди десятков платьев узкие черные штаны и коричневую тунику чуть выше колен — это все же больше похоже на привычную для меня одежду вроде узких джинсов и растянутой удлиненной водолазки. Платье отложу на другой раз — когда теплее станет, да и я немного привыкну к новой роли.

В нижнем отделе шкафа стояла обувь, среди которой я выбрал высокие сапоги. Также в небольшом выдвижном ящике обнаружились залежи всяких заколок, бантиков и резинок для волос. Для полноты образа я достал оттуда яркий красный ободок для волос, украшенный черным цветком. Припомнив, как эту штуку носили одноклассницы, я закрепил ее на голове.

Переодевшись, я посмотрел в зеркало. Ну вот, готово — получилась плоскогрудая и немного угловатая «девушка» с едва заметной синевой на подбородке, но в неярком свете это незаметно.

Вдруг луч света, бьющий из окна, перечертила тень. Я выглянул в окно и увидел огромную бабочку. Наверное, она получилась из гусеницы, которую я видел в поле. Бабочка села на крышу ратуши и сложила крылья. Раздался выстрел. Бабочка завалилась на бок и, съехав по покатой крыше, упала вниз. По-пояс высунувшись из окна, я нагнулся и заметил в одном из окошек башни ствол винтовки. Я решил проведать Деза и вернулся в комнату. Закрыв окно, вышел из апартаментов Елены и направился к комнате своего нового друга.

Войдя к Дезу, я застал его дремлющим на мягкой удобной кровати. От скрипа двери он вскочил и принялся водить из стороны в сторону стволом автомата. Прищурившись, глядя на меня, он опустил оружие.

— Это ты. Извини, что наставил на тебя автомат. Привычка. Сморило меня в этой тишине и покое, — Он сел и потянулся. — Неплохо выглядишь, «Елена».

Действительно. В стенах этой башни было очень уютно. Сразу забывался жестокий мир снаружи.

— Пойдем, осмотрим комнату нашей «принцессы», — предложил напарник. — Может, найдем чего интересного.

Вместе с Дезом мы обследовали комнату Елены в поисках улик. Никаких зацепок. Тут к нам поднялся охранник и сказал:

— Мэр ждёт вас в своём кабинете. Идёмте, я провожу.

Выходя из комнаты, я наступил на что-то ногой. Между досок пола застряла какая-то штуковина. Выковырнув ее оттуда отросшим ногтем, я увидел, что это небольшой дротик. Думая, что дротик может быть уликой, я сунул его в карман и отправился вслед за охранником.

Глава 6

— Вроде, похож, — сказал Ланий, оглядывая меня со всех сторон.

— Да не вроде, а похож, — Сказал Шварц. — Побриться только нужно. Да и помыться не помешало бы.

— Конечно, как же без этого, — согласился Ланий.

— Я кое-что нашёл, — я протянул мэру дротик. — Может, это улика?

— Это дротик от «парализатора», винтовки, которую используют фабрикаторы и сотрудничающие с ними оружейники из Технограда, — Ланий взял дротик у Шварца и принялся вертеть его в руках. — Обычно дротик содержит в себе яд, но бывают и усыпляющие дротики. Так просто фабрикаторы своими изобретениями не делятся, а значит, похититель тесно связан с ними.

— Или с техноградцами, — вставил своё слово Дез.

Выйдя из кабинета мэра, мы направились в душевую.

Раздевшись и войдя в душевую кабинку, я повернул кран и с блаженной улыбкой подставил лицо под струи тёплой воды. Мылся я до тех пор, пока в дверь не постучали. Обтёршись досуха полотенцем, я оделся и вышел. В душевой появился новый персонаж — женщина двадцати лет с ничего не выражающим лицом, внешностью похожая на мэра, словно родная сестра.

— Познакомься, это Хельга — киборг, — Шварц достал небольшой футляр с ножницами и бритвой. — Она немного подправит твою внешность.

«О-бал-деть!» — подумал я про себя, — «воинственные фермеры, палящие во весь белый свет, пуленепробиваемые жуки, гигантские насекомые, говорящие собаки — и вот, пожалуйста, ещё и киборг. Не многовато ли за эти два дня?»

Хельга жестом предложила мне сесть на стул. Усевшись, я уставился в зеркало, наблюдая за ее действиями. Сначала она расчесала мои волосы, затем ножницами чуть-чуть подравняла их концы, сделав похожими на причёску Елены, и закрепила ободком. Закончив с моей шевелюрой, киборг гладко выбрила мне лицо и смазала какой-то прозрачной зеленоватой мазью.

Увидев результат, я сильно удивился. В сидящей перед зеркалом особе невозможно было узнать Александра Кошкина.

— Последний штришок, — сказал Ланий, подергав себя за мочку уха.

— Я помню, — сказала Хельга, доставая из футляра иглу.

— Зачем? — спросил я.

— Посмотри сюда, — Ланий сунул мне под нос фото Елены.

Я машинально бросил взгляд на фото, и в этот момент вдруг что-то хрустнуло в правом ухе. А затем пришла боль.

Ну да, Елена носит серьги.

— Больно же! — обиженно пробурчал я, пока Хельга просовывала в слабо кровоточащую дырочку большую серьгу. В это время коварный Ланий подобрался с другой стороны, вооружившись оставленной иглой, и проколол мне второе ухо.

— Я сама хотела сделать, — сказала Хельга.

— Зато он ничего не понял, — усмехнулся Ланий.

— Кое-что я понял, — сказал я.

— И что?

— Что рядом с тобой нельзя расслабляться.

— Что верно — то верно, — Ланий по-доброму улыбнулся.

Вторую серьгу я одел сам, шипя от боли.

— Теперь ты Елена Шварц, — сказал довольный мэр. — Вот, держи.

Шварц протянул мне ремень с кобурой и кармашками для обойм. Я нацепил ремень и достал пистолет из кобуры.

— Калибр семь миллиметров — один из наиболее распространённых в этом мире. В обойме пятнадцать патронов. Это любимое оружие Елены — справишься? Или показать, как с ним обращаться?

— Спасибо, не надо. Мой дядя работал в полиции и научил меня управляться с пистолетом, — ответил я. — Кстати, внешностью я вылитая Елена, но голос? Что делать с голосом?

— Я это предугадал, — Шварц достал из кармана кусок белой ткани и обмотал вокруг моей шеи. — Если кто спросит про голос или повязку, говори шепотом или с хрипом, что на стрельбище пуля срикошетила и повредила голосовые связки.

— Понятно. Что теперь?

— Тебе предстоит выход в город, чтобы проверить реакцию людей. Прикупи что-нибудь для себя — тебе наверняка сделают скидку. Возьми Деза, как своего нового телохранителя. И не забудь плащ — на улице дождь.

Выходя из душевой, я столкнулся с человеком в зелёном френче с пурпурными вставками. Колоритная личность: черные как смоль волосы до лопаток, темноватая кожа, тонкие черты лица и восточный разрез глаз, а в довершение образа еще и серьги-кольца в ушах. Странно, но глаза у него были не карие, как обычно бывает, а светло-голубые. Ему бы «катану» в руки, да кимоно — получился бы восточный красавчик-разбойник. Наверное, многие местные дамочки на него вешаются. Человек подошёл к Шварцу и что-то ему сказал.

Глава 7

Пока Дез искал в своем шкафу плащ, я успел в подробностях рассмотреть пистолет. Он был очень похож на «макаров», только с более длинным стволом. На затворе вдоль ствола был ряд круглых отверстий. Я вытащил магазин и снял оружие с предохранителя. Отщёлкнув вниз спусковую скобу, снял крышку ствольной коробки. Да, это был почти «макаров». Я заново собрал пистолет и сунул в кобуру.

— Да нет здесь плаща, — сказал Дез страдальческим тоном.

— Ищи лучше. Я видел его.

— Да я уже весь шкаф перерыл.

Я нехотя встал и подошёл к шкафу. Через минуту я кинул плащ сидящему на кровати Дезу.

— А ты говорил — нету. Одевайся и пошли в город.

Когда мы оделись и вышли из комнаты, к нам подошёл охранник и проводил к двери лифта. Возле лифта стоял Ланий, вновь одевший шаль и очки.

Лифт привёз нас на первый этаж, правда, вместо плаца здесь оказалось роскошное фойе. В середине на поддоне стояла огромная, метра четыре высотой, высушенная тыква. Зелёная с красными полосками.

— Гигантская тыква, победившая на ярмарке год назад, — пояснил Ланий.

Он вывел нас через парадный выход (значит тот, через который я попал в здание, был «служебный»). Помощник мэра подвёл нас к стоянке машин.

— Вон ваш транспорт, — палец с длинным кошачьим когтем указал на небольшой крытый джип с огромным мощным двигателем спереди, широкими шинами и небольшим кузовом сзади.

Ланий протянул мне длинный узкий ключ и спросил:

— Справишься с управлением?

— Да.

Я умею водить машину благодаря одному из маминых знакомых, но у меня нет прав. Хотя… здесь они, вроде как, не нужны?

Когда мы уселись в машину, Ланий махнул нам рукой и поспешил скрыться от ливня под крышей ратуши. В салоне машины было тихо. Только дождь барабанил по крыше и оставлял разводы на лобовом стекле. Я вставил ключ в замок зажигания и повернул его. Огромный движок впереди низко зарокотал, трясясь и выдыхая струю красноватого дымка.

Я вывел машину со стоянки возле ратуши и вырулил на главную дорогу. Ранним утром город казался вымершим, зато сейчас машин на дороге было, мягко говоря, очень много. Крытые и открытые грузовики, различные багги, грузовые мотороллеры, внедорожники причудливых конструкций, мотоциклы и даже что-то вроде квадроциклов. Иногда среди потока машин мелькали патрульные автомобили полиции.

Так как Шварц обеспечил меня некоей суммой жетонов, я решил прикупить и отведать местных деликатесов. А заодно посмотреть и отношение местных жителей к Елене. Я остановил джип возле одного из высоких зданий, на фасаде которого был большой тканевый баннер, гласящий: «Рынок Всякая всячина. У нас есть всё. Кроме энергетического оружия». Захлопнув дверцу машины, я накинул капюшон изящного красного плаща, так как дождь не только не утих, а наоборот — хлестал тугими струями.

Недалеко от входа под большим навесом стояла длинная лохань, в которой лежали нарубленные овощи, фрукты и трава. Вдоль лохани торчали столбики. Как только я открыл дверь здания, меня буквально обдало волной шума и весёлого гама голосов. Внутри стояло множество лачуг, дощатых хибар и просто палаток, торгующих разнообразным добром. Люди толпились возле лавок, рассматривая товар. Ездили маленькие трехколесные грузовички, подвозя ящики и тюки к крупным лавкам. По проходам ходили полицейские с помповыми ружьями и укороченными автоматами, внимательно разглядывая всех присутствующих. Проходя мимо нас, они улыбнулись мне. «Маскарад» удался — они приняли меня за Елену.

Я принялся искать продуктовую лавку. Их здесь было полно, и я направился к ближайшей из них. На прилавке и полках лежали разнообразные продукты: фрукты, овощи, сырое и жареное мясо, бутылки с пивом и квасом. Были даже специальные походные пайки для странствующих бродяг и наёмников, часто путешествующих. Кстати, несколько наёмников как раз закупались пайками. Выглядели местные наёмники очень колоритно — мужчины одеты в короткие плащи, поверх которых крепились отливающие зеленью металлические бронежилеты. На двух женщинах в отряде вместо плащей были непромокаемые платья до колен коричневого и зеленого цветов с патронташами, поверх которых надеты черные кожаные бронежилеты, а на ногах теплые колготки в полоску и наколенники. На головах у одних были традиционные, зелёные с чёрными разводами банданы наёмников. На других были шлемы, напоминающие каски британских солдат времён Второй Мировой. Вооружены они были отлично. У двоих были штурмовые винтовки, отдаленно напоминающие автоматы полицейских, у снайпера за спиной висела длинная винтовка со сложенным прикладом, пулемётчик держал ручной пулемет с расположенным сверху диском, командир отряда нежно поглаживал пальцами барабан крупнокалиберного револьвера-карабина, а остальные — две женщины, держали «винчестеры» с цилиндрами коротких оптических прицелов. Волосы наемников были заплетены в косички. Как позже сказал Дез, наёмники скучают во время долгих походов и, борясь со скукой, нашли себе занятие — заплетают волосы в косички. Для них это уже стало традицией, они считают, что чем больше косичек — тем дольше проживёт их владелец и заработает больше жетонов. Издали можно было принять их за спутанные грязные «дреды», но при ближайшем рассмотрении это были именно косы, любовно вымытые и заплетенные, иногда украшенные цветными ленточками и зеленым бантиком на конце.

Наемники, забрав покупки, направились к палатке с оружием. Я прикупил немного вяленого мяса, килограмм неизвестных мне фруктов, по словам торговца очень вкусных, две глиняных бутылки кваса и бутылку уже любимого мною вина из винных пальцев. По просьбе Деза я купил то, что он назвал деликатесом, а я просто гадостью — жареных в масле больших жуков, толстых белых личинок и двух копчёных змей на шампурах. Сложив еду в сумки, мы направились к оружейной палатке. Товара здесь было немного, лишь несколько винтовок и револьверов, да парочка маленьких автоматов висела за спиной торговца.

— Револьвер сорок четвёртого калибра с удлинённым стволом есть? — спросил мой напарник. — Давно такой хотел.

— Нет. Вы же видите — товара пока нет. На третьем этаже есть большой магазин — в нём наверняка есть то, что вам нужно.

Из стоящего рядом грузовичка высунулся водитель и обратился к нам:

— Елена? Здравствуйте. Вам наверх нужно? Так я подвезу, — он сделал приглашающий жест.

Переться пешком на третий этаж огромного здания-рынка не хотелось, поэтому я сел рядом с водителем. Дез, как мой «телохранитель», повис на боку машины, держась за скобу кабины.

— Что у вас за рана? — спросил водитель, имея в виду повязку на шее. — И что у вас с голосом?

— На стрельбах пуля срикошетила, связки повреждены — поэтому такой голос, — ответил я.

По пологому пандусу мы поднялись на второй этаж, а затем и на третий. Водитель высадил нас возле большой оружейной лавки, сказав мне на прощание:

— Передавай привет отцу.

Всё-таки приятно быть дочкой мэра — все готовы тебе помочь.

— Да, хорошо быть телохранителем дочки мэра, — произнёс Дез, словно прочитав мои мысли. — Прокатился забесплатно. Так бы он меня фиг подвёз бы.

Мы подошли к оружейному магазину и принялись разглядывать товар через закрытые решётками окна.

— Вот он, — Дез указал рукой на большой револьвер с длинным стволом. — Ну что, пошли внутрь?

Я открыл дверь, и над головой зазвенела связка гильз, висящая вместо колокольчика. Внутри магазин был весь заставлен стеллажами с оружием и различной бронёй. Возле двери сидел на стуле скучающий охранник.

— Покупатель? Идите сюда, — раздался женский голос из-за стеллажей.

Мы пошли на источник голоса, по пути рассматривая выставленные на стеллажах образцы местного оружия. Я скользнул взглядом по автомату, напоминающему АК, только более массивному, и какому-то «квадратно-угловатому», с длинным прямым магазином и ложей, как у винтовки или ружья. Мы подошли к молодой женщине, одетой в узкие штаны и короткую жилетку на голое тело, которая раскладывала на стеллаже пистолеты. Она повернулась к нам. На привлекательном лице, обрамлённом пепельными волосами, появилась улыбка.

— Леночка! Привет! — женщина бросилась ко мне обниматься. — Ты так давно ко мне не заходила. Я уже хотела сама к тебе наведаться.

Я не очень люблю обниматься, поэтому поскорее высвободился из её объятий.

— Привет, э… — я посмотрел на её жилетку, на которой была надпись «Гильза». — Привет, Гильза.

— Что это у тебя с голосом? И что это за тряпка у тебя на шее? — спросила она.

— Пострадала на стрельбах. Пуля срикошетила и задела связки, — ответил я.

— Ты, наверное, из «жала» стреляла, — Гильза достала со стеллажа длинную винтовку с магазином, находящемся с левой стороны ствольной коробки.

— Да-да, именно из «жала», — ответил я.

— Ну ты же знаешь, что пули из него всегда сильно рикошетят — спасибо этим фабрикаторам и оружейникам. Если пару раз выстрелить из «жала» в закрытую комнату, то все находящиеся в ней будут мертвы, — грустно заключила она, погладив винтовку по прикладу.

— Мы тут кое-что купить хотим, — перешёл я к делу.

— Что тебе нужно? — спросила торговка оружием.

— Не мне, а моему телохранителю.

— Револьвер сорок четвёртого калибра. Покажите, пожалуйста, — произнёс Дез, указывая на заинтересовавший его товар.

— Конечно! — Гильза достала из железного шкафа точную копию револьвера, находящегося на стеллаже.

Дез удовлетворённо кивнул и спросил:

— Сколько с меня?

— Нет-нет, нисколько. Это подарок. У телохранителя моей лучшей подруги должно быть лучшее оружие! — Гильза замахала руками. — Ах, да. Возьмите ещё вот это.

Гильза протянула Дезу ремень с кобурой и патронташ, заполненный патронами.

— Ладно, нам пора, — решил я прервать беседу.

— Увидимся на празднике, — сказала она, поцеловав меня в щёку.

Я тоже чмокнул ее, вспомнив, что девушки часто так делают с подружками.

Когда мы были уже возле двери, внимание Деза привлёк стеллаж с холодным оружием. Кроме сабель, ножей и кинжалов здесь были странные мечи с зазубренными лезвиями.

— Потрясающая штука, — заговорил Дез. — Это цепной меч. Внутри у него ёмкий аккумулятор, сделанный из кристалла «электро», который добывают в местных шахтах. От кристалла питается мотор, приводящий в движение зубья меча. Нажимаешь на кнопку — и вперёд, на врага.

На первый этаж мы спускались пешком. Довольный новым револьвером, Дез достал одну из копчёных змей и принялся с аппетитом жевать эту «вкуснятину». Он предложил змею мне. Я сначала отказался, но видя довольное лицо своего «телохранителя», решил испробовать деликатес.

На вкус змея оказалась очень даже ничего. Мы съели двух змей, которые у нас были, и когда проходили мимо продуктовой лавки, Дез побежал покупать ещё.

Когда я открыл дверь и вышел на улицу, то сначала не обратил внимания на существо, привязанное к столбику возле лохани. Подойдя к джипу, я посмотрел в сторону существа и от неожиданности отпрыгнул назад — прямо на Деза, который подхватил меня одной рукой, так как во второй у него была наполовину съеденная змея. Существо было похоже на динозавра, стоящего на задних ногах — передними лапами оно копошилось в лохани. На спине ящера было седло и куча мелких сумок.

— Ты что, не читал книжку, которую тебе дал Шварц? — спросил Дез.

— Нет. Ты же видел, что у меня не было времени. А кто это? — удивлённо спросил я.

— Ящер. Не бойся, он травоядный и к тому же одомашненный.

Из здания рынка быстрым шагом вышел человек, судя по одежде — наёмник. Он сунул свой короткий карабин в одну из седельных сумок и принялся отвязывать ящера от столбика. Закончив, он вскочил ящеру на спину и скрылся среди стоящих на обочине машин.

Мы сели в джип. Дез уже доел намокшую от дождя змею и теперь, достав глиняный горшочек с жареными жуками и личинками, принялся чавкать ими.

— А мне здесь начинает нравиться, — улыбнувшись, произнёс я. — Здесь можно свободно покупать и носить оружие, да еще и разъезжать на мощной тачке, не имея прав.

— Да и мне здесь тоже нравится — кругом свобода. Иди, куда хочешь. Не то, что в нашем родном мире, — Дез фыркнул. — Кстати, будешь жучка?

Я протянул руку и взял из горшочка жирного жука. Кинув насекомое в рот, я немного похрустел им и проглотил. Ничего — вкусно.

— Так часто бывает — внешность ужасная, — Дез повертел перед глазами жука и кинул в рот, хрустя и щурясь от удовольствия. — А начинка прекрасная. Кстати, личинка ещё вкусней.

Мы съели полгоршочка насекомых, затем я завёл мотор, но напарник остановил меня.

— Можно я поведу?

— Умеешь?

— Есть немного.

Мы поменялись местами. Дез сел за руль, а я, приняв у него горшочек с жареными насекомыми, уселся на место пассажира.

— Куда едем, «хозяйка»? — спросил Дез, заведя машину.

— Давай в порт, — решил я. — Люблю воду.

Дез подождал, пока большой багги с прицепленным сзади трейлером освободит проезд. Затем он так резко стартовал с места, что я чуть не уронил горшок с жуками. Пока мы ехали по главной дороге, меня не раз бросало в пот, когда Дез резко уходил от столкновения со встречными машинами. Повиляв по городу, мы наконец-то приехали в порт.

— Красивое место, — сказал я, любуясь зеленоватыми водами широкой реки, противоположный берег которой не было видно за далекой полосой тумана. — Как она называется?

— Тихая, — ответил напарник.

Я пошёл через порт вдоль покачивающихся на волнах рыбацких лодок и баркасов, обходя ящики и корзины с различными видами рыбы и крабов. Недалеко двое рыбаков разделывали тушу огромного сома, висящую на распорках. Один из рыбаков отрезал голову сома и, взяв её за усы, поволок в сарай. Дез догнал его и что-то сказал, при этом сунув ему в карман несколько жетонов. Рыбак кивнул и направился к нашему джипу. Положив голову в кузов, он отправился по своим делам.

— Из головы сома такая вкусная уха получается, — сказал подошедший Дез. — Пальчики оближешь.

Мы подошли к краю причала и остановились возле связки длинных острог. Я вгляделся в прозрачную воду. В речных глубинах сновали тёмные силуэты рыб. Одна рыба остановилась и поплатилась за это — конец остроги проткнул её.

— Радужная плотва, — сказал Дез, вертя нанизанной на острогу рыбой. — Из неё уха тоже ничего.

Рыба была красивой, соответствуя своему названию — её чешуя отражала свет, переливаясь всеми цветами радуги.

— Можно вопрос? — спросил я.

— Задавай.

— Есть в этом мире хоть что-нибудь, чего ты не хотел бы съесть?

— Не знаю, наверное.

Дез снял рыбу с остроги, и мы отправились назад к джипу. На этот раз за рулем был я.

Глава 8

Ещё два дня я выходил в город, примеряя разные наряды и проверяя своё сходство с Еленой. В свободное время я успел прочитать половину «Путеводителя» и имел некоторое представление об этом новом мире вокруг. Также я полностью вжился в образ Елены. И вот сегодня мне надо будет предстать в её роли перед всем городом, присутствуя на «Празднике урожая». Шварц сказал, чтобы я переоделся в праздничную одежду.

— Дез! Помоги… — прокряхтел я, пытаясь затянуть шнуровку корсета платья.

Дез вошёл в комнату, будучи одетым в костюм и шляпу-цилиндр.

— Ха-а… — сдавленно просипел я, когда Дез слишком сильно затянул шнуровку. — Ослабь! Ослабь немножко…

Когда я был готов, Дез оглядел меня, затянутого в закрытое платье цвета баклажана (похожие я видел на дамах конца девятнадцатого века, только это выглядело более современным), и растянулся в улыбке:

— Ну, ты прямо настоящая «принцесса».

— Спасибо за комплимент, — я улыбнулся краешком губ и добавил. — «Лакей».

Дез засмеялся и похлопал меня по плечу.

— Готовы? — спросил вошедший Ланий. — Ну, тогда пошли.

Я захватил шляпку с короткой вуалью, и Ланий вывел нас из здания ратуши. Нас ждала изящная, похожая на древнюю модель «Роллс-Ройса» машина. Сам Ланий уселся за руль, и мы тронулись.

Я волновался, ведь я не очень люблю всякие там праздники. А тут мне ещё предстоит поучаствовать в нем, да ещё и в таком необычном обличье. Надеюсь, что Дез прав, и я выгляжу прекрасно. Как настоящая «принцесса».

Машина выехала на большую площадь, заполненную людьми, и остановилась возле высокой сцены.

На ней стоял мэр Шварц и что-то вещал пожирающей его взглядом толпе. Рядом со сценой стояли гигантские тыквы разных форм и размеров.

— …итак. Победитель конкурса на самую большую гигантскую тыкву — ферма «На болоте». Поздравляем победителя! — прокричал радостно мэр, когда я вышел из машины. Следом из салона «Ройса», кряхтя, выполз Дез.

— Поздравляем также занявших второе и третье место — фермы «Красная звезда» и «Северная», — продолжал мэр. — Призы и подарки будет вручать моя дочь — Елена Шварц.

Я поднялся на сцену. Передо мной была толпа разношёрстных хлопающих людей. Большая часть из них — горожане, были одеты в стиле… кажется, его называют «стимпанк». Да, точно! Стимпанк. То-то мое платьице и тачка так странно выглядят.

— Я приглашаю сюда для вручения призов хозяев «Красной звезды» и «Северной»! — закончил Шварц и встал рядом со мной.

Ко мне подошёл Ланий и протянул две коробки, объяснил, кому их вручать.

Тем временем на помост поднялись низкая женщина в коричневом платье и мужчина в шляпе-котелке с закрученными вверх усами. Я со сверкающей улыбкой отдал призы фермерам, а Шварц пожал руку мужчине и поцеловал женщину.

— Теперь для вручения главного приза я приглашаю сюда хозяина фермы «На болоте»! — сказал мэр и протянул мне маленькую продолговатую коробочку.

Из толпы зрителей вышел старик в жилетке и цилиндре, с моноклем на правом глазу. Лицом он был похож на престарелого Линкольна.

Кстати, насчет стариков — это первый виденный мной старик, который выглядит как старик. В основном пожилые люди в этом мире не выглядят дряхлыми, а прямо-таки лучатся энергией, как мэр Шварц. Это значит, что «болотный фермер» тоже чужак, попавший сюда из моего мира уже в почтенном возрасте. Интересно, сколько ему сейчас?

Старик подошёл ко мне и, приняв от меня коробочку, поцеловал мою руку, затянутую в длинную перчатку. Шварц пожал ему руку, и старый фермер вскрыл врученную мной коробочку. Внутри был ключ, похожий на ключ от джипа, на котором мы с Дезом катались на рынок. Глаза деда засверкали от радости. Его взгляд устремился туда, куда указал ему Шварц — под стену кабака, где стоял новый синий джип с большими колесами. Радостный дед поковылял к своей новой машине.

— …а теперь, уважаемые жители — веселитесь! — мэр Шварц взял меня под руку, и мы спустились с помоста.

— Иди, поразвлекайся немного, — сказал он мне и отправился куда-то в толпу по своим делам.

— Пойдём, там много интересного! — Дез потянул меня на площадь.

Я немного задержался. Моё внимание привлекло мокрое пятно на перчатке. Разглядев пятно повнимательнее, я понял, что это след от поцелуя старикашки. С отвращением вытерев руку о подол платья, я направился за своим «телохранителем».

На площади, окружённые группами людей, действовали несколько «аттракционов». Был тир, в котором можно было стрелять по мишеням из разнообразного оружия, получая приз за удачное попадание.

— Ух ты! Смотри — тир! Постреляем? — спросил Дез и, не дожидаясь ответа, пошёл к искомой палатке.

Я тоже был не против пострелять — к тому же не из «воздушек», а из настоящих «взрослых» пушек.

На подходе к тиру я заметил знакомую пепельную шевелюру. Гильза, вместо жилетки натянувшая чёрное платье, с бутылкой в руке, шла к стойке, перед которой стояло несколько человек с разнообразным оружием. Высокий мужик, заправляющий тиром, протянул ей короткий карабин.

— Чего-то мне расхотелось стрелять, — прошептал я Дезу. — Пойдём отсюда.

— А? — «телохранитель» повернулся ко мне. — Почему?

Вместо ответа я указал подбородком в сторону Гильзы.

— Чего? А, это та болтушка из оружейной лавки.

— Вот именно, что болтушка. К тому же она сейчас немного пьяна, так что если она нас заметит — нам от неё не отвязаться. Помнишь, как она вешалась мне на шею?

«Телохранитель» кивнул, соглашаясь со своей «хозяйкой».

Прохаживаясь между людьми на площади, мы вышли к большому зданию с заложенными наглухо камнем окнами. Над входом висела табличка: «Стрельба верхом».

— Давайте зайдём? — спросил Дез, при людях обращающийся на «вы» к своей «хозяйке».

— Пойдём, — ответил я.

Мы вошли внутрь. Справа находилась лестница, судя по табличке, ведущая на зрительные места. Впереди находились ворота и стоящая возле них кабинка с бородатым дядькой внутри. Перед кабинкой стояли несколько мужчин.

Мы с «телохранителем» поднялись на зрительские места. Сквозь большие зарешечённые окна было видно огромное помещение, похожее на лабиринт. В некоторых местах виднелись мишени.

— Давно хотел сюда прийти, но вре…

Голос Деза прервал гудок. Через открывшуюся створку в лабиринт верхом на ящере выскочил парень с пистолетом в одной руке. Наездник быстро понёсся сквозь лабиринт, стреляя по выскакивающим мишеням. Из всех мишеней он попал только в половину.

— К сожалению, вы выбываете, — произнёс организатор, сидящий в кабинке, подвешенной под потолком огромного здания.

— Подожди-ка меня, — сказал Дез, вставая и направляясь к лестнице.

Спустя пару минут снова раздался гудок. В лабиринт запустили Деза. В парадном костюме и цилиндре, верхом на ящере он смотрелся весьма комично.

В отличие от первого участника, Дез умудрился расстрелять из длинноствольного пистолета все имеющиеся мишени — только щепки летели. Публика запоздало начала хлопать и свистеть, когда Дез, махая рукой зрителям, несся по длинному коридору к выходу из лабиринта. Он думал, что ворота откроют перед его подходом, и поэтому ехал прямо на закрытую створку.

— У нас наконец-то есть победитель! Ваш выигрыш вы получите на… — организатор принялся хохотать, не окончив фразу, увидев, что случилось с победителем.

Оказалось, что в метре перед так и не открывшимися воротами ящер резко встал как вкопанный, а Дез по инерции перелетел через его голову и врезался в закрытую створку. Со стороны затихшей толпы зрителей донеслось несколько смешков. По-женски прикрыв рукой рот, я тоже засмеялся, глядя на растянувшегося в пыли «снайпера». Тот принялся вставать, отряхиваясь и шаря по земле в поисках очков. Ящер, нагнувшись, лизнул его по щеке раздвоенным языком.

— Уйди, животное… — Дез отпихнул морду ящера и нахлобучил очки.

Створка наконец открылась, вышедший из-за неё мужик взял ящера под уздцы и вывел из лабиринта. Дез направился вслед за ним, подобрав цилиндр.

Я спустился вниз и встретился с Дезом возле кабинки бородатого мужика. «Телохранитель», улыбаясь, держал в обеих руках пару небольших пистолетов странного вида, у которых перед спусковой скобой находился толстый короткий магазин.

— Смотри, какую прелесть мне дали! — он протянул один пистолет мне. — Это компактные пистолеты-пулемёты «Стук». Их можно легко спрятать под одеждой. Возьми один себе, мы же ведь напарники, «принцесса»?

— Спасибо, — ответил я, не обращая внимания на «принцессу». Да и у Деза это прозвище получалось совсем не обидным. — Но куда я его сейчас дену?

— Видишь, там, на рукоятке, карабин для ремня. Застегни его на ремешке своей кобуры.

Я зашёл за кабинку, где меня не было видно, и задрал подол платья. Открылись затянутые в чёрные чулки ноги, на одной из них висела набедренная кобура с пистолетом. С помощью карабина я закрепил пистолет-пулемёт на ремешке кобуры. Поправив платье, я вышел к Дезу.

— Блин, у меня там уже целый арсенал! — сказал я ему, при каждом шаге чувствуя через ткань чулка мотающееся на ремешке холодное оружие.

— Не ворчи. Чем больше у тебя оружия, тем меньше риск попасть в неприятности. А то ты и правда как девчонка с одним пистолетиком ходишь. Надо будет как-нибудь зайти сюда ещё раз, — сказал напарник. — Ну что? Пойдём, посмотрим, чем на ярмарке торгуют?

Большинство палаток на площади торговали овощами, фруктами и всем тем, что можно вырастить на ферме. Были и рыбные палатки, и мясные. Возле палатки, торгующей всякими безделушками, стояла женщина с дочкой лет восьми. Пока мать рассматривала разложенные на прилавке мотки ткани, девочка глядела на красивую куклу. Она потрогала мать за подол юбки и что-то спросила, указывая на куклу. Мать отрицательно покачала головой, и взгляд девочки сразу потускнел.

Глядя на неё, я вспомнил один случай в детстве. Тогда мне было около шести лет — как раз пошёл в школу. Так вот, мы с мамой отправились на рынок. Там в отделе игрушек я увидел игрушечный джип, который мне сразу понравился. Я просил маму купить мне машинку, но она отказалась, сказав, что нет денег. Я тогда чуть не заплакал. Стоявший недалеко от нас мужчина подошёл и спросил:

— Что, понравилась техника?

— Угу, — буркнул я. — Только мама не может мне его купить.

— Вот как… — мужчина взял джип и подошёл к продавщице. Потом он вернулся ко мне и, протянув игрушку, сказал:

— Владей.

— Спасибо вам большое! — радостно ответил я, прижимая к себе джип.

Мужчина, улыбнувшись, потрепал мои волосы и ушёл.

Вспоминая этот случай, я уже шёл к продавцу, держа в руке горсть жетонов. Подойдя, узнал стоимость куклы и, купив её, подошёл к невесёлой девочке. Она удивлённо посмотрела на меня, когда я протянул ей куклу.

— Возьми. С праздником тебя.

Девочка бережно взяла куклу и вдруг резко обняла меня за пояс — да так неожиданно, что я чуть не ахнул.

— Спасибо, тётя Лена.

Мне стало приятно, что я сделал для ребёнка хорошее и я, улыбаясь, погладил её по голове. Подошла мать девочки и сказала:

— Спасибо вам, Елена Сергеевна. Мы в посёлке живём, у вас тут проездом. С жетонами туговато. Дочка давно хотела такую, но у меня всё денег не хватало. А вы взяли и подарили. Ещё раз большое вам спасибо. Юля, нам пора.

Юля наконец ослабила свои объятья и пошла вслед за матерью, на прощанье помахав ладошкой. Я тоже помахал в ответ, а затем развернулся и столкнулся с черноволосым мужчиной в зелёном френче. Да это же тот самый тип, который говорил с мэром!

— Извините! Простите! — зачастил он и отправился дальше. Во время столкновения он что-то незаметно сунул мне в руку. Поднеся предмет поближе к глазам, я понял, что это сложенный в несколько раз листок, на котором была кривая надпись: «прочитайте, когда останетесь наедине». Я сунул листок в длинную перчатку.

— Ну что, нагулялся? — спросил я своего «телохранителя». — «Хозяйка» устала — пора ехать назад. Да и стемнеет скоро.

— Поедем, вот только жареных жучков прикуплю.

Глава 9.

Вернувшись в свою комнату, я прямо в праздничном платье и шляпке рухнул на койку. Всё-таки пребывание на людях и общение с ними вытягивают все силы. Да ещё в треклятом корсете нельзя нормально вдохнуть, поэтому я снова встал и позвал напарника, чтобы он помог мне снять эту неудобную часть гардероба. Пока хрумкающий жука Дез пытался распутать шнуровку корсета, я стянул перчатки. Из одной тотчас же вылетела бумажка. Я поднял её и прочитал. Азиат в зеленом френче назначил встречу в «Башне», просив приехать не на джипе, в котором было всего два места, а на машине, в которой хватит места на троих. До встречи оставалось около полутора часов.

— Что там? — спросил закончивший с корсетом Дез.

— Сегодня вечером придётся съездить в «Башню». Темноволосому от меня что-то нужно.

— Эх, времени на отдых почти не осталось, только переоденемся и снова в город.

Напарник ушёл в свою комнату, а я вылез из платья и переоделся в тунику с брюками. Оставалось немного времени, и я взял в руки наполовину прочитанный «Путеводитель». Полезная всё-таки книжка. Из неё я узнал, в какой же необыкновенный и удивительный мир я попал. Оказывается, в этом мире есть такие чудеса, которых в нашем мире не бывает, а если и бывают, то люди часто не принимают это за правду. В этом мире существуют люди с необычными способностями, сила которых доказана на практике — здесь существует некая аура, позволяющая некоторым одарённым людям воздействовать на окружающее пространство. Эта аура позволяет здешним людям жить дольше, чем отмерено природой. Здесь видят неизвестные светящиеся объекты — и в воздухе и на земле. Здесь происходят странные явления, такие как полтергейст и другие, природу которых трудно объяснить. Здесь водятся удивительные и странные существа. Иногда сюда через порталы попадают новые люди и объекты. А первые же люди, попавшие сюда, предположительно были из древней России, поэтому основной язык здесь — русский, хотя и встречаются «иностранные» слова.

Моё чтение прервал Дез, появившийся в дверях.

— Вроде нам уже пора. Готов?

Я отложил книжку в сторону и направился к двери.

 

***

Подойдя к комнате Лания, я осторожно постучал в дверь. Шагов не было слышно, но дверь распахнулась так резко, что мы с напарником вздрогнули. На пороге стоял уставший Ланий в полицейских штанах и майке с узкими лямками.

— Нужно что-то?

— Да. Нам нужна машина. Хочется покататься по ночному городу, — сказал я.

— У тебя же есть ключи от внедорожника Елены.

— Мне хотелось бы попробовать что-то другое. Как насчет трицикла?

— Ладно, бери, — он протянул вытащенный из кармана ключ. — Это от того, на котором я вас сюда привёз, помните? Прямо возле входа стоит. Управление почти как на мотоцикле. Смотри, не сажай его за руль, — он кивнул на Деза.

— Спасибо.

По пути я зашёл в комнату за плащом. Не за тем красивым, в котором ездил на рынок, а за обычным, который стащил на ферме.

Нам удалось пройти к выходу, никого не встретив по пути. Перед выходом на улицу я натянул плащ. Как и говорил Ланий, напоминающий рикшу трицикл стоял возле крыльца. Усевшись в него и заведя двигатель, мы направились к Башне.

После праздника люди расходились и разъезжались по домам, поэтому приходилось ехать осторожно, чтобы не задеть подвыпивших горожан. Лёгкий трицикл донёс нас до «Башни», когда уже окончательно стемнело. Я натянул капюшон и вышел из машины. Войдя в Башню, мы попали в слабо освещённый зал, в котором стояли несколько столиков. За некоторыми сидели хмурые люди. В углу пристроились трое наёмников, распивающих пиво из деревянных кружек и о чём-то рассуждающих. Возле одной стены расположилась барная стойка с улыбающимся одноруким барменом, позади которой была дверь, ведущая в служебные помещения. Рядом со стойкой была лестница, ведущая наверх. За столиком, стоящим под лестницей, сидел с бокалом в руках брюнет в зелёном френче. Мы с напарником уселись напротив него.

— Что вам от меня нужно? — спросил я.

— Обратите внимание на этот стол. Он сделан из стального дерева, оно очень прочное и лёгкое, — отрешённо произнёс черноволосый.

— Это имеет какое-то отношение к делу?

— …местные мастера-кустари нарезают из него пластины для брони, — продолжал собеседник.

Он протянул руку к бутылке, чтобы налить себе вина, и случайно задел один из деревянных бокалов, который упал на пол возле меня.

— Подними, пожалуйста, — попросил он меня.

Я нагнулся за бокалом, а когда поднялся, в руке у брюнета оказался пистолет вроде моего, направленный мне за спину. В стене за его спиной торчал дротик, похожий на тот, что я нашёл возле комнаты Елены. Одной рукой он быстро опрокинул стол и втянул меня за это импровизированное укрытие. Дез нырнул за стойку, выхватив свой короткий автомат. Наёмники, мирно распивающие пиво, последовали нашему примеру — опрокинули два стола и укрылись за ними, расчехлив карабины. Взяв в руки пистолет и пистолет-пулемёт, я выглянул из-за укрытия. Возле двери сидели, целясь в нас из коротких винтовок, два типа в длинных плащах. Пара столиков возле них была опрокинута — за ними наверняка скрывались ещё люди. Черноволосый выстрелил из пистолета в одного из них. Тот заныл, схватившись за бок, а его товарищ принялся палить по нам. Было страшновато, когда стол вздрагивал от врезающихся в него пуль. Из-за стойки высунулись Дез и бармен, держащий в руке дробовик-винчестер. Они одновременно открыли стрельбу по неприятелю. Их поддержали огнём наёмники. Раненый вдруг опрокинулся на пол — да так и остался лежать. Его более удачливый товарищ прыгнул за стол, и пули увязли в столешнице. В дверь с карабином наперевес сунулся ещё один мужик в плаще. Лихо перезарядив винчестер одной рукой, бармен выпалил в сторону двери, и мужика вынесло наружу.

Наёмники стреляли по опрокинутым столам, над одним из которых то и дело появлялась рука с револьвером. Сидящий рядом со мной брюнет поднял пистолет, затем, прищурив один глаз, выстрелил. Рука с револьвером брызнула кровью, выронив оружие, её хозяин взвизгнул. В дверной проём вновь сунулись двое — один держал помповое ружьё, второй сжимал похожий на АКМ массивный автомат, только с более длинным стволом и дисковым магазином — скорее, даже легкий пулемет. Пули наёмников прошили человека с ружьём насквозь. Его товарищ оскалился и принялся поливать металлом укрывшихся за столом наемников. Залёгшие за укрытиями враги, получив подкрепление в лице типа с автоматом, повставали и открыли огонь по наёмникам. Всего врагов оказалось пять, плюс автоматчик. Высунувшиеся из-за стойки бармен и Дез успели сделать лишь несколько выстрелов, а затем опять попадали — автоматчик переключил своё внимание на них.

Я поднял пистолет и прицелился в голову автоматчика — у того кончились патроны, и он, шипя от злости, менял магазин. Палец немного сдвинул спусковой крючок. Нет, стрелять человеку в голову — очень сложно. Я ведь не убийца. Но ведь если я не выстрелю, всё может закончиться очень плохо — и для нас, и для наёмников. Стрелять в голову, конечно, сложно. А в руку, что держит автомат?

Пистолет дважды дёрнулся, выплюнув пули. Одна из них угодила таки в руку неприятелю, который как раз закончил с перезарядкой и направил ствол на укрывшихся за стойкой. Остальное сделал Дез — одиночным выстрелом попал автоматчику в шею. Зажав руками горло, мужик повалился на пол. Оставшись без огневой поддержки, враги вновь спрятались за баррикады. Наступило короткое затишье — обе воюющие стороны перезаряжали оружие. Только сейчас, во время этой паузы, я услышал выстрелы на улице. Им отвечали со второго этажа два автомата. Перезарядив оружие, враги принялись отстреливаться вслепую, подняв над баррикадами ружья. Наёмники и Дез с барменом не спешили высовываться. Вдруг на лестнице надо мной загрохали ботинки и раздались две длинные очереди, которые заглушили доносящиеся из-за баррикад предсмертные крики.

— Концерт окончен. Можете выходить, — произнёс стрелявший.

Все оставшиеся в живых участники перестрелки покинули свои укрытия и подошли к лежащим возле двери телам.

— Всё, Сион. Никто не ушёл, — обратился к брюнету главарь банды наёмников, чей лёгкий пулемёт поставил точку в этой схватке. Он, кстати, тоже имел азиатскую внешность.

— Отличная работа, Умник! — Сион вынул из кармана кошель. — Вот твой гонорар.

— Брось, мы же с тобой братья. Лучше угости меня и моих ребят выпивкой.

— Угощу, — Сион похлопал брата по плечу. — А деньги возьми. Раздашь своей банде, они заслужили.

Умник взял кошель и передал женщине, которая отстреливалась с ним на втором этаже. Та принялась отсчитывать равные горсти жетонов и давать их наёмникам.

— Блин! А мне что полагается? — недовольно пробурчал бармен. — Разгромили, на хр…н, мою гостиницу! Что я хозяйке скажу?

— А ты ведь не только выпивкой торгуешь и комнаты сдаёшь, ведь так? — повернулся к бармену Сион. — Мои источники сообщают, что ты у нас оружием подторговываешь? Так эти с собой целый арсенал притащили. Ходи да собирай.

— Я мертвецов боюсь… — потупил взгляд бармен.

Вздохнув, Умник приказал своим наёмникам собрать с трупов всё оружие и отнести в кладовку бармена, затем повернулся ко мне.

— Так вот она какая, новая дочка мэра, — улыбаясь, произнёс он. — Похожа, прям родная сестра.

— Вообще-то, это он, — произнёс Сион.

— Он? Никогда бы не подумал. Ладно, нам пора. Надеюсь, у этих людей найдётся то, что тебе нужно.

Наёмники покинули гостиницу, и мы остались вчетвером.

Сион принялся расхаживать среди трупов, присев над одним вытащил из кармана мертвеца записку. Прочитав её, он довольно кивнул сам себе и обратился к бармену:

— Через пять минут после нашего ухода позовёшь полицию. Скажешь, что неизвестные люди напали на Елену, когда они с телохранителем зашли перекусить. Находящиеся в баре наёмники помогли им отбиться. Ясно?

Бармен кивнул и побежал в кладовку — осматривать новую партию оружия.

Мы вместе с Сионом вышли и сели на передние сиденья трицикла. На заднем сиденье со всеми удобствами расположился Дез с уцелевшей бутылкой пива, которую он, втихаря от бармена, спёр с разгромленной стойки.

— Езжай на пристань, там поговорим, — сказал Сион.

 

***

Выйдя из трицикла, я шагнул в окутавший пристань туман. Сион вышел следом, так же как я натянув капюшон. Дез с бутылкой остался внутри.

— Думаю, здесь нас никто не увидит, — произнёс брюнет, присаживаясь на край дырявой лодки.

— Так зачем вы хотели со мной встретиться?

— Это касается Елены, — Сион достал портсигар и вынул из него тонкую длинную сигару.

Увидев как он затягивается, я вспомнил про свою трубку, оставшуюся в кармане моей старой одежды. Я совсем забыл про неё, ведь в последнее время произошло столько событий. Словно прочитав мои мысли, Сион протянул мне портсигар. У сигары был очень необычный привкус, надо бы узнать, где он их берёт.

— Знаешь, кто помог им в похищении? Это был я.

— Вы?

— Эти люди прибыли из Гидрополиса. Им нужна была Елена Шварц. Они предлагали мне деньги, чтобы я помог им в похищении, но я отказался. Тогда они взяли в заложники мою сестру.

В свете огонька сигареты блеснула слеза, прокатившаяся по щеке Сиона.

— Я сделал то, что они просили. Но когда я вернулся домой — сестра была мертва. Потом объявился ты. Не зная, кто из вас настоящая, они стали требовать, чтобы я привёл им и тебя. В противном случае они убьют меня. Мне было стыдно за то, что я участвовал в их делишках, поэтому я рискнул. Я договорился со своим двоюродным братом — главарём банды наёмников. Когда я якобы случайно уронил бокал, в тебя должны были выстрелить парализующим дротиком. Однако я попросил тебя поднять его, и дротик пролетел над тобой. Далее мой брат со своей бандой уничтожили их всех. У их главаря была вот эта записка.

Сион передал мне кусочек свёрнутой бумаги.

— Это должно помочь в вашем расследовании. Здесь написано, что эти люди должны будут передать Елену кому-то в Гидрополисе. Я постараюсь помочь вам и вернуть Елену. А ещё мне не терпится отвинтить башку тому, кто всё это устроил.

— Мне передать эту бумажку мэру?

— Да. Будь готов, наверняка нас ждёт поездка в Гидрополис. Ладно, прощай.

Сион встал и зашагал в темноту.

— Постойте, может, вас подвести? — крикнул я ему вслед.

— Нет, спасибо. У меня здесь машина.

Я выкинул тлеющий окурок и затоптал его ногой. В стороне, куда ушёл мой недавний собеседник, туман прорезали два луча света. Спустя несколько секунд раздался гул мотора и мимо меня проехал автомобиль, похожий на полицейский.

Я влез в трицикл, где сидел захмелевший напарник. На полу валялись три пустые бутылки — так он, оказывается, спёр не одну ёмкость пенного напитка.

— О чём говорили? — спросил Дез.

— Приедем — расскажу.

 

***

Когда мы вернулись в ратушу, мне пришлось проводить напарника до его комнаты. Переодевшись в домашнее платье Елены, я отправился к мэру, по пути заскочив к Ланию, чтобы отдать ключи. Взяв их, он поинтересовался о состоянии машины. Хорошо, что я не забыл убрать из салона бутылки.

Войдя в кабинет мэра, я застал его с фотографией дочери.

— Что-то хотел? — спросил он, подняв на меня грустный взгляд.

Я пересказал ему о происшествии в баре, умолчав о Сионе, и показал бумажку. Прочитав записку, мэр повеселел и сообщил:

— Завтра в полдень отправляемся в Гидрополис!

— Я тоже?

— Да. Надо срочно собирать караван, — мэр развернулся в кресле и обратился к Хельге, которая рылась в шкафу. — Передай Ланию и Сиону — пусть собирают людей и готовят технику.

Отвернувшись от помощницы, Сергей Александрович посмотрел мне в глаза.

— Скучаешь по матери? — спросил он.

— Очень — она единственный близкий мне человек.

— Ну вот закончим, и я попробую отправить тебя к ней в твой родной мир.

— Спасибо.

— А пока — пройдем-ка со мной.

Мэр поманил меня к дверце лифта. Войдя внутрь, он достал из кармана узкую пластинку и вставил в прорезь над консолью с кнопками. Лифт дёрнулся и покатил вниз. Через минуту кабина резко остановилась.

Мы оказались в большом помещении, заставленном всякими приборами. Вокруг мигали разноцветными лампочками десятки стальных шкафов с оборудованием. В одном месте было странное сооружение — большая платформа с пандусом, на которой стояла обвитая проводами высокая клеть.

Мэр подвёл меня к небольшому экрану.

— Надеюсь, старый «Наблюдатель» всё ещё функционирует… — произнёс он и нажал одну из кнопок на пульте, стоящем перед экраном.

На экране появилась картина — мешанина из зелёных, синих и белых пятен.

— Похоже на… планету? — спросил я.

— Верно.

Изображение подёрнулось рябью помех. Теперь были видны множество четырёхугольных серых фигурок — город. Вскоре стал виден отдельный дом с приткнувшимся рядом красным прямоугольником.

В красном прямоугольнике я опознал стоящий на приколе старый, потерявший способность ездить «москвич» Виталия — местного пьяницы и дебошира, а также нашего соседа снизу.

— Это мой дом.

— Правильно, смотри, — палец мэра ткнул в две маленькие фигурки, стоящие возле подъезда.

В одной из них я признал полицейского. Вторая оказалась моей мамой. Они с полицейским о чём-то разговаривали. Мэр подкрутил ручку настройки и стал слышен голос.

— … вообще ничего? — спросила мама.

— Пока нет. Ни вашего сына, ни его знакомого, так и не нашли. Мы прочесали весь парк и округу — ничего. Словно испарились.

— У меня сердце разрывается, стоит только подумать, что с ним может случиться.

— Мне пора. Если что узнаем — я вам позвоню.

Полицейский сел свою машину и уехал. Мама проводила его взглядом и расплакалась. Сквозь плач были слышны слова:

— Это я во всём виновата. Не надо было уговаривать его идти на это сборище.

Мама зашла в подъезд и экран потух.

— К сожалению, данная модель «наблюдателя» устаревшая, и не может показать то, что в доме, — произнёс мэр, — Как только мы закончим, я отправлю тебя к ней. Надеюсь, к тому времени установка будет готова.

Шварц указал на платформу с решёткой.

— Так это и есть установка?

— Пусть тебя не смущает внешний вид, но к твоему возвращению из поездки она будет работать. А пока иди, отдохни.

 

***

Мы поднялись на лифте на мой этаж. Когда я выходил из кабинки, мэр крикнул мне вслед:

— Кстати, прямо сейчас сходи в оружейную и выбери себе оружие. Моя дочь предпочитает карабины, поэтому другое оружие не бери.

Я кивнул и отправился за оружием. Мимо меня пробежал взмыленный полицейский и, подскочив к мэру, затараторил:

— На вашу дочь напали сегодня в Башне. Хорошо, что она не пострадала. Все нападавшие убиты, — полицейский повернулся ко мне. — Как вам это удалось?

— Ну-у-у, мне помогли сидящие в баре наёмники. А также мой телохранитель. Он хорошо стреляет — самый меткий человек из всех, что я видела, — ответил я.

— Я уже знаю о нападении со слов дочери. Медленно вы работаете, — сказал мэр и, нажав на кнопку, отправился на лифте в свой кабинет.

Кое-как я нашёл в лабиринте ратуши оружейную. Охранник без разговоров пропустил меня внутрь. На складе никого не было, кроме скучающего возле зарешечённого окна усатого оружейника в продавленном кресле, да высокого полицейского с торчащим из-под берета непослушным локоном волос, который он всё время приглаживал. Я принялся ходить между металлическими полками с разнообразным оружием. Верх занимали разнообразные автоматы, карабины, ружья. На нижних полках лежали пистолеты, револьверы и обрезы, а также патронташи и бандольеры. Я наконец-то нашёл то, что искал — стеллаж с винчестерами. Здесь их было великое множество — от длинноствольных до коротких, длиною до тридцати сантиметров. Моё внимание привлёк небольшой винчестер, лежащий на самой высокой полке. Пытаясь достать его, я потерпел неудачу, пришлось попросить об этом полицейского, который уже выбрал себе небольшой автомат. Он без проблем достал мне винчестер и представился:

— Женька, водитель. Завтра отправляюсь в поход вместе с вами.

Водитель? Интересно, а как он со своим ростом умещается в кабине?

— А что вы поведёте? — спросил я.

— Не называйте меня «вы», мне от этого как-то неуютно. Я поведу багги, но вы, я думаю, поедете в мотофургоне. Мне ещё надо подготовить машину. До завтра.

Он вышел из оружейной, прихватив патронташ и магазины к автомату.

Я тоже взял патронташ и пять пачек патронов к своему оружию, затем направился к выходу.

— Леночка, вы что, не хотите опробовать свой карабин? — обратился ко мне оружейник, — Вы же всегда проверяете оружие?

— А где тут стрельбище? — спросил я.

— Леночка, вы что, забыли? Там, за стеллажами, есть дверь.

— Ага, спасибо.

Я развернулся и направился к указанной двери. За нею оказалось низкое помещение размером с оружейный склад, со стоящими в разных позах и на разном расстоянии деревянными манекенами.

Вынув из пачки восемь патронов, я запихнул их в подствольный магазин винчестера и навел оружие на ближайший манекен. Манекен дёрнулся словно припадочный, когда я выпустил в него первую пулю. Затем, передёрнув рычаг затвора, я выбил гильзу и сделал второй выстрел, который повалил деревянную фигуру на пол. После я переключился на другой манекен, которого ждала та же участь.

Расстреляв весь магазин, я остался доволен. В этом оружии сочетались точность и убойность, а складной приклад делал его ещё и компактным — как раз по мне. Я вновь набил карабин патронами и отправился в свою комнату — отсыпаться перед трудным днём.

 

***

Я сидел на подоконнике и смотрел на потонувший в тумане город. В раскинувшемся внизу белом одеяле мелькали световые пятна — фары гоняющих в тумане машин. Холодный ветер из раскрытого окна трепал волосы и пробирал до костей. Я поёжился, не спасала даже тёплая ночнушка с длинным подолом, которую я нашёл в прикроватном шкафчике. Мне не спалось, я думал о маме — как она там без меня? Ведь ей сейчас лезут в голову самые страшные картины того, что со мной случилось. Я всегда старался не расстраивать её, поэтому нужно как можно скорее вернуться к ней. По моей щеке потекла слеза, и тут вдруг раздался крик. Я резко встал, утерев слезу рукавом ночнушки, и потянулся к пистолету. Взгляд упал на фотографию Елены. В который раз внутри меня что-то шевельнулось. Это «что-то» давало о себе знать каждый раз, когда я смотрел на её фото.

За дверью послышались шаги, и кто-то вновь заголосил: «А-а-а! Не трогайте меня! Пристрелю!».

Передёрнув затвор пистолета, я выскочил в коридор. Перед дверью в комнату Деза стояли трое: Ланий с револьвером в руках, мэр со странной винтовкой и один из молодых охранников, сжимающий в трясущихся руках помповый дробовик. Увидев меня, мэр сделал знак рукой «не вмешивайся». Из-за двери донеслось: «…вот тебе, гад! Получай!». Ланий постучал — сначала осторожно, потом громко и требовательно. Крики прекратились, зато послышалась возня. Переглянувшись с мэром, Ланий что-то сказал охраннику и отошёл от двери. Охранник отошёл в противоположный от двери конец коридора и, выставив вперёд плечо, побежал на таран. Когда до двери оставался метр, она резко распахнулась, и на пороге возник зевающий Дез. Бегущий охранник заорал от неожиданности. Напарник, увидев мчащегося на всех парах орущего охранника, тоже заголосил, не успев уйти от столкновения. То, что произошло дальше, можно часто увидеть в регби, которое так любят пацаны в нашем классе, а я терпеть не могу. Мэр и Ланий кинулись растаскивать слабо шевелящуюся, издающую стоны кучу-малу. Мэр рывком поставил Деза на ноги. Тот закачался и схватился за голову. Я подхватил его за плечо, чтобы не упал. Повернув ко мне мутный взгляд и оглядев меня с ног до головы, он сначала даже не понял, кто я.

— Что это было? — строго спросил его мэр.

— Что «это»? — не понял Дез.

— То, что было у тебя в комнате — крики и всё такое?

— А-а-а, это у меня бывает. Во сне болтаю. Это всё из-за пива.

— Ну так не напивайся так. Мы уж думали, что тебя убивают! — произнёс хлопочущий над охранником Ланий.

— Всё, разобрались. А теперь спать. ВСЕМ! Завтра, нет, сегодня, у нас будет тяжёлый день, — мэр развернулся и пошёл к себе, на ходу подхватив выроненное охранником ружьё.

Ланий помог хромающему охраннику дойти до лифта, а сам отправился в свою комнату. Я тоже помог напарнику дойти до кровати, затем сам отправился спать.

Сквозь сон я пару раз слышал бормотания Деза, но к счастью, он больше не орал.


Download
Иной мир. Двойник принцессы.docx
Microsoft Word Document 727.8 KB

Comments: 0