Сергей Воронин

Матушка Государыня-светлоярыня и Батюшка Дикий Дон

историческая сказка

Восемьсот лет назад не было единого государства Россия, а были самые разные княжества с самыми разными названиями: Киевская Русь, Белая Русь, Червонная Русь, Владимиро-Суздальская Русь и самая неизвестная среди них всех – Пургасова Русь. И все эти отдельные Руси враждовали друг с другом. Особенно сильной в те времена была огромная Пургасова Русь, которая простиралась от Москвы аж до самой Волги! Во главе нее стоял богатырь по имени Пургас. Он был не славянин, а эрзя. И титул у него был не князь, а – инязор. Все соседи непомерной силе эрзян завидовали и мечтали Пургасову Русь завоевать. Хотели, но не могли. Даже всесильный монгольский хан Батый не смог победить эрзянскую Пургасову Русь. Дошел проклятый Батый до реки Сура, до славного города Пензы, схватился с отрядами всемогущего Пургаса и проиграл им начисто! И позорно бежал обратно в свои бескрайние сибирские и казахские степи. А Пургас обратился к своему соседу, Суздальскому князю Юрию с такими мудрыми словами:

– Сегодня я Батыя прогнал! Но он сейчас набирает на востоке в свою орду бесчисленное количество всадников. И в следующий раз в одиночку я его уже не одолею. Поэтому давай, князь Юрий, объединимся с тобой в военный союз, и тогда наше общее войско никакой Батый уже никогда не одолеет!

Но Юрий был очень жадный и хитрый. На словах он подружился с инязором Пургасом, но про себя подумал: «После битвы с Батыем отряды Пургаса очень ослабели. Дай-ка я нападу на него именно сейчас!» И двинул свои полки на рязанские, муромские, арзамасские, мещерские, марийские, сурские и прочие земли, на которых раскинулась тогда Пургасова Русь, заселенная огромным народом эрзя. Эрзянские отряды не ожидали такого предательства и отступили с поля боя в густые леса. Спрятались там в многочисленных маленьких крепостях и затихли. Юрий не понял хитрости эрзян и бросился за ними вдогонку. Думал, что маленькие крепости он уничтожит по отдельности легко и быстро. Но ошибся. И заблудился в этих непроходимых лесах так, что долго не мог найти дорогу назад. Оголодало войско Юрия, ослабело. Многие тяжело заболели от холода и сырости, потому что лучи солнца не проникали сквозь огромные лапы высоченных елей и сосен, не пробивались через сплошной потолок вековых лип, дубов и осин… Ночная роса на травах под ногами здесь никогда не высыхала и постепенно превратилась в озера и болота. А в это время инязор Пургас и его воины, которые знали здесь каждую тропку, незаметно окружили отряды Юрия, напали на них со всех сторон одновременно и перебили их все! Сам князь Юрий вместе со своей охраной на быстрых лошадях как-то умудрился избежать смерти. Вернулся он с позором в свой стольный град Суздаль, созвал большой совет из старых и мудрых людей, на котором все вместе стали долго спорить и решать – как им действовать дальше. И мудрецы князю наконец все дружно ответили:

– Побеждать нужно не грубой силой, а народным духом! Чтобы было хорошо и народу, и Богу в угоду! А для этого нужно строить много новых церквей и в них много и честно молиться. А когда все славяне увидят, что Бог их любит, вот тогда наше княжество и станет не просто Богом любимым, но и непобедимым!

Послушался князь Юрий своих старцев, согласился с ними полностью, вышел на широкую площадь к народу и громко сказал ему:

– Наша сила – это народный дух! Против него любая армия – это невесомый пух! Так начнем же прямо сегодня строить церкви, монастыри да храмы – чтобы наша Русь была по красоте самой-самой!

И принялся народ по призыву своего князя строить в Суздале красивые церкви и соборы. И в короткий срок построил их так много и такой неземной красоты, что все славяне только ахали и радовались. И говорили:

– Бог смотрит на эту красоту сверху и радуется! А если Бог всесилен в небе, то мы с Богом – самые сильные на всей земле! Самые непобедимые! Никакой Пургас не одолеет нас!

А князь Юрий в один прекрасный летний день вышел на берег Волги, на самый край высоченного песчаного золотого цвета яра, перекрестился, встал перед великой и всемогущей рекой на колени и обратился к ней:

– Матушка Волга! Государыня-светлоярыня! Прошу тебя – взгляни на меня. Услышь моё просительное слово к тебе. Я делаю всё, чтобы моя Суздальская земля была любезна Богу. Так будь же и ты милостива к суздальцам – помоги нам одолеть наших соседей эрзя и их инязора Пургаса. Они нашему православному Богу не молятся. Церквей не строят. Куполов чистым золотом не покрывают. Лампад не зажигают. Иконам не кланяются. Что такое крест – знать не ведают! Хоронят своих предков не возле церкви, а где-то в полях да в лесах на леших и кикиморских волшебных местах. Кладбища называют не погостами а – «калмазырь». Вместо крестов у них над могилами стоят какие-то маленькие избушки из дуба, ольхи или рябины. И молятся они не Богу, а этим самым лесным деревам – дубам, рябинам да ольхам. Словно сами они и не люди, а лесные звери какие...И на могилах они не молятся и не плачут, а все дружно пляшут – такая у них странная нехристианская вера... Смилуйся, Государыня-светлоярыня! Помоги нам завоевать этих нехристей и обратить их в нашу святую православную веру!

Услышала матушка Волга эти просительные и пронзительные речи князя Юрия и ласковым плеском своих волн одобрила и приняла их. Поняла она, что за суздальским народом стоит огромная и единая сила! И согласилась эту силу поддержать. Размыла Волга на своем глубоком дне соленые пласты, оставшиеся здесь с неведомых времен, когда на месте земли миллионы лет назад здесь плескался огромный соленый океан. Подняла эту древнюю соль вверх, смешала ее с чистой и свежей водой, и в тот же день погибла в Волге вся рыба. Все деревенские колодцы, все лесные ручьи, подземные ключи, степные озера, лесные болота и всякие прочие мелкие реки в земле инязора Пургаса стали враз солеными-пресолеными! Потому что все они происходили из единого источника, из Волги. И продолжалось такое пургасово несчастье целый год! От соленой воды и безводья у эрзян погиб почти весь скот, пали почти все боевые лошади. А сами люди едва ходили. После этого князь Юрий напал на эрзян и легко завоевал их. Убил богатыря Пургаса, и где находится его могила, так никто никогда и не узнал...После этого князь Юрий сжег на древних эрзянских калмаюрах надмогильные избушки и приказал повсюду ставить кресты и строить церкви. Так эрзяне превратились в христиан и стали называться с той поры не эрзянами, а - РУССКИМИ! А те эрзяне, кто не смирился и не подчинился славянскому князю Юрию, бежали от него далеко на юг, аж до калмыцких степей и получили там себе новое название – буртасы.

А тем временем подошел князь Юрий со своей дружиной по берегу Волги к эрзянскому городу под названием Обран, что значит «оборона», «крепость», осмотрелся и увидел, что стоит этот небольшой городишко на самом краю огромного земляного клина. С одного бока у него неприступный яр к Волге, а с другого – крутой и широченный овраг. И тогда сказал он всем своим славянам и новорусским-эрзянам:

– Отныне нет тут никакой эрзянской Обрани. А будет этот город вовеки веков называться Нижний Новгород!

И приказал построить здесь, прямо на краю огромного золотояра, высоченный краснокаменный кремль, который так с тех пор и стоит в Нижнем Новгороде как самая древняя здесь богатырская святыня!

Так Суздальская Русь из маленького княжества за счет земель Пургасовой Руси превратилась в громадное государство! Вскоре столицу этого нового объединенного государства перенесли из степной Суздали в холмистую, более удобную для обороны Москву, возвысили на одном из семи холмов тоже краснокаменный Кремль, и поэтому Русь стала с тех самых пор называться по-новому – Московской!

Так прошло несколько столетий. За это время выросла Московская Русь, похорошела! Построил ее русский народ вдоль Волги множество сел и городов и в каждом из них множество церквей и золотых куполов. Отражается это золото в волжской воде, и Волге-матушке эта красота очень нравится! Любуется она сама на себя и своей красотой гордится! И поэтому русский народ во всем поддерживает. И захотелось Волге, чтобы красавицы церкви стояли по всем ее берегам на всем протяжении до самого Каспийского моря. Но мешало этому Булгарское царство. Когда-то жил здесь древний народ и назывался он – волгАры. Но пришел из Монголии проклятый татарский хан Батый и начал жечь землю волгар. Испугались волгары, не захотели с ним воевать, а тихо и спокойно покорились Батыю и в знак покорности даже согласились переименоваться в честь татаро-монгольского войска. Вот так с той поры и стали люди называться не волгарами, а – татарами. И даже свою столицу из огромного города Булгар перенесли в маленькую деревню Казань. Вот эти самые волгары-татары и не пускали русских плавать до самогО Каспийского теплого моря. Перегородили гордую реку своими разбойничьими судами и перестали пускать русских плавать свободно, куда они захотят. А царем в великом Московском государстве к этому времени стал Иван Грозный. И вот вышел Иван Грозный со всей своей огромной свитой на самый край крутого и золотого яра в Нижнем Новгороде. Корона на его голове так и сияет от золота и самоцветов! Но не постеснялся великий государь – при всех встал перед Волгой на колени. Снял со своей головы бесценную корону и трижды до сАмой земли поклонился реке! И обратился к ней с такой просьбой:

– О великая наша Волга-матушка, Государыня-светлоярыня! Услышь речи мои. Внемли моему молению к тебе. Помоги русским людям – позволь им плавать до самого синего Каспийского моря, а тебе называться не татарской, а великой РУССКОЙ рекой!

Очень понравилось Волге такое к ней обращение великого Московского царя, и в этот же день перестала она отдавать воды свои небесным облакам. И над всем Казанским ханством наступил страшный летний зной, а зимой – бесснежная лютая стужа! Повысох в злом Казанском ханстве весь урожай. А зимой повымерзли все сады, а в реках под толстым льдом задохнулась без свежего воздуха вся рыба. И такое продолжалось несколько лет. Совсем оголодали и обнищали бывшие волгары-теперешние татары!.. Прекрасно поняли они, что сама Волга встала стеной за Московское государство. И тогда они малость повоевали-повоевали с русскими, да и сдались всей своей огромной армией Ивану Грозному. И тогда повелел Иван Грозный своим страшным царским указом всех булгар-татар выселить из Казани навечно! И чтобы на тридцать верст по кругу от Казани не было ни одной их деревни. А Казань приказал заселить только русскими казаками, крестьянами и мастеровыми людьми, которых почти насильно пригоняли сюда со всей Руси. Так Волга стала русской на всем своем протяжении от истока в бывших эрзянских землях до устья в бывших землях ханских-астраханских. И стали плавать по ней богатые русские ладьи да струги. Из Руси в Персию они везли пшеницу, мед, прочную материю из льна и крапивы да толстые канаты для кораблей, свитые из конопляной пеньки. А из Персии на Русь доставляли яркие шелка, парчу, камни-самоцветы да жемчуга и кораллы, которые доставали со дна океана аж в самой Индии! И всё было распрекрасно!

Но вот умер царь Иван Грозный, и не осталось после него сына, чтобы тот смог наследовать великое отцовское царство. Не стало на Руси никакой власти, никакой армии. Каждый стал сам себе полный хозяин. И тогда появилось в лесах и на Волге множество разбойничьих банд, которые грабили купцов. И не только купцов, но и самый простой и небогатый люд. Стало страшно ездить по дорогам и вообще жить. Бандиты нападали не только на малые деревни, но даже и на большие города и грабили там всех подряд. А если жители пытались отстоять свое имущество, то их всех безжалостно убивали, а дома сжигали. Так множество народу осталось без еды и жилья. И начался тут на Руси страшный голод и мор!.. Этой бедой воспользовались злые соседи из-за границы и ринулись завоевывать уже саму Москву. И ведь таки дошли проклятые ироды до столицы! Так в Кремле и оказались зловредные хищные поляки. Они прочно в нем засели и решили сделать новым царем одного из самозванцев.

Долго терпела Волга-матушка все эти издевательства над русским народом, который она своей водой, как молоком, выкормила и вырастила. И вот однажды наконец она не выдержала! Как-то одним страшным утром вдруг поднялся над Волгой красный, как кровь, туман!.. Поколыхался он над водой, повитал-повитал в воздухе, да и опустился на землю кровавой росой... Вышли нижегородцы на свои улицы и не узнали их – вся земля и трава вокруг покрыты кровью...Пройдешь по дороге – все лапти в крови по щиколотку. Пройдешься по полю – весь кровью вымажешься по пояс! От такого невиданного прежде ужаса громко заголосили повсюду женщины! Ходят с опешенными глазами мужики...И тогда ударили в набат все городские церкви разом! Собрались нижегородцы всем городом на огромной площади перед своим красным кремлем, ждут, гадают – что дальше будет, к какой еще новой беде им следует готовиться...Тут выступил вперед всем известный и очень уважаемый в городе купец по фамилии Минин. Встал он перед народом на ступени церкви, чтобы все его хорошо видели, и громко сказал:

– Земляки! Чую я своим сердцем, что совсем не случайно Волга-матушка, наша Государыня-Золотоярыня напустила на нас этот кровавый ужас! Призывает она нас побросать свои теплые дома да ласковых жен, оставить все привычные занятия и отправиться на кровавую войну с бандитами и чужеземцами. Поэтому давайте не поскупимся, все сложимся, кто сколько сможет, купим на эти общенародные деньги ружей, пушек, пороху, ядер и всего прочего нужного для войны и пойдем на Москву – освобождать Кремль, выбирать себе нового царя взамен умершего. Иначе всем нам скоро будет всеобщая погибель! Волга-матушка нам нашего страха и бездействия никогда не простит и всех нас окончательно уничтожит. Ну что, согласны вы со мной?

– Да! Согласны! – дружно закричал в ответ весь собравшийся на площади народ.

– Тогда вот сундук, – указал Минин на огромный железный ларь возле своих ног, – кладите в него деньги – кто сколько не пожалеет! – И первым же высыпал в него из кошелька горсть золотых монет.

Тут нижегородцы дружно встали в длиннющую очередь и все, даже нищие, принялись дружно кидать в этот ларь свои самые последние грошики!

Когда вечером подсчитали, сколько всего набралось, то выяснилось, что для войны этого очень мало...Тогда князь Пожарский предпринял хитрый ход: вместе со своей вооруженной дружиной принялся объезжать дома всех самых богатых бояр да купцов Нижнего Новгорода и стал бесстрашно заарестовывать их жен и дочерей. Потом отвез всех полоненных таким образом женщин в кремль, сгрудил их всех в одной большой городской гостинице, прочно их там запер и запретил куда-либо выпускать! Держит их под усиленной охраной своих дружинников и кормит всех без разбору одинаково – одной холодной водой с самым плохим черным царапистым хлебом. Вот так проходит день, другой, третий...Арестованные женщины все окна в гостинице пораскрывали и на всю улицу разом в голос зарыдали, слезьми залились – очень уж домой просятся! Их матери, отцы и мужья стоят снаружи, на запертых своих женщин да юных девушек смотрят, затылки чешут...не знают, что и делать...На словах, конечно же, возмущаются, стыдят Пожарского...Но и с кулаками вперед тоже никто не лезет. Да и впрямь – не воевать же им в одиночку с огромной дружиной князя Пожарского! А Пожарский им всем на это лишь усмехается и хитрованно отвечает:

– Платите за своих женщин богатый выкуп – или они все у меня здесь с голоду худеть начнут!

А худоба в те времена была для богатых женщин страшнее смерти! На худых невест никто из женихов даже смотреть не желал! Потому что считалось, если худая, то, значит, тяжелобольная! И хозяйка в доме из нее будет никудышная. Станет такая жена целыми днями лишь на кровати лежать, охать да ахать да все мужнины деньги на одни только лекарства переводить!..

Вот так вот постояли эти жадные богатеи перед окнами гостиницы, постояли, тяжко повздыхали-повздыхали... да наконец и поняли, что тут поделать уже ничего нельзя – князь и народ их во сто крат сильнее! Придется им подчиниться всеобщему решению...Тогда и развязали они свои толстые, туго набитые золотом кошельки. Выложили князю и всему нижегородскому простому народу часть своих огромных богатств. Только лишь после этого свободил князь всех надоевших и ему, и его дружинникам голосистых толстых женщин и закупил на собранные таким способом капиталы столько оружия, сколько посчитал необходимым. Потом собрал он из добровольцев-нижегородцев большущую армию, быстренько обучил ее стрелять и смело штыками врага колоть, да и двинулись они все прямиком на Москву! Идут – дружно песни поют! Радуются, что все сейчас вместе! Все воедино! Что в такую грозную минуту никто от ратного дела отлынивать не стал. Все стремятся родину как можно скорее от врага освободить – любимой Волге-матушке во всем угодить!

Вот так вот задорно и быстро дошли до Москвы и попытались ворваться в Кремль. А вокруг Кремля в ту пору прямо за Красной площадью шла еще одна красная стена, которая называлась Китай-город. В высоту она была чуть пониже кремлевской, но со множеством башен, на которых стояли пушки. С огромным трудом и с большими потерями нижегородские ополченцы все-таки сумели проломить ворота в одной из башен, выбили всех врагов внутри Китай-города и подступили к стенам уже высоченного Кремля. Штурмовать эту огромную крепость было бессмысленно. Тогда оплченцы окружили Кремль, в котором прочно засело польское войско, да и стали упорно ждать, когда поляки оттуда выйдут сами. Так проходит и месяц, и другой. Гордые поляки сначала всё нагло хорохорились! Кричали нижегородцам сверху кремлевской стены, что никого и ничего не боятся! А потом так оголодали, что все-таки не выдержали, наплевали на свою показную шляхетскую гордыню и поели в Кремле всех собак, кошек, голубей да подвальных и помоечных крыс!.. А когда есть стало уже совсем нечего, то наконец все разом и сдались – открыли огромные железные кремлевские ворота настежь!

Гордо вошел победивший нижегородский народ во главе с князем Пожарским и славным неподкупным купцом Мининым в Кремль! Никого из поляков даже убивать не стали – настолько те были жалкие, грязные, противные... Отпустили их всех с миром по домам – все равно пока они до своей Польши по бесконечным русским дорогам добредут, почти все по дороге окочурятся!..

И тут же в освобожденный Кремль сбежались всякие богатые и знатные бояре, которые до этого от страха попрятались под лавки и тихо там помалкивали или же все годы смуты покорно прислуживали злым полякам. Теперь же, когда смертельная опасность миновала, бояре обнаглели и решили, что кто-то именно из них должен стать новым царем. И даже осмелились приказывать нижегородцам:

– Эй,крестьяне!Хватит понапрасну толочься в Москве! Вы своё дело уже сделали – так что ступайте обратно по своим домам, на свою Волгу! Без вас тут сами разберемся!

Но Минин с Пожарским им всем грозно на это ответили:

– А вот нет вам, трусливым и жадным до власти людишкам! Народ выберет себе царем человека ДОСТОЙНОГО! Того, кто не замарал себя трусостью и лизоблюдством перед недавним врагом!

И объявили Минин с Пожарским всей России:

– Гей! Люди добрые рассейские! А ну не отлынивать! Отыскивайте средь себя самых умных и честных своих земляков, присылайте скорее их в Москву – будем все вместе глубокую думу думать. Нового царя себе выбирать!

В ответ все продажные бояре только расхохотались и сказали Пожарскому:

– Да кто ты здесь такой, чтобы нам, самым богатым и знатным людям во всей России, тут приказывать?! А ну вон отсюда!

– Кто я такой, говорите! – грозно прикрикнул на них князь. – А вот КТО я! – подошел к окну, под которым стояли тысячи ополченцев, и приказал им:

– Эй, народ! А ну, покажите проклятым предателям, кто МЫ здесь такие!

В ответ ополченцы как все громко закричали! Как замахали мечами да копьями! Как затрубили в походные трубы – так бояре от страха все злые слова против Пожарского и ополченцев тут же и проглотили...

Услышал российский народ призыв Минина и Пожарского о сборе всенародной Думы и в ответ так и сделал. Из всех самых дальних мест бескрайней России съехались сотни самых простых людей – крестьян, ремесленников, купцов. И тогда собралась в Москве народная Дума, которая долго сидела, мучительно кумекала да спорила, кого же ей избрать на царство. И никакого подходящего человека так и не нашла. Тогда встал князь Пожарский и сказал Думе:

– Мы, нижегородцы, пришли сюда не просто так – нас прислала в Москву сама Государыня-светлоярыня Матушка Волга! Поэтому новым царем должен стать именно волжанин!

И опять сидели думцы, перебирали людей знатных и достойных. И наконец-таки нашли такого – совсем небогатого и мало кому известного костромского боярина Михаила Романова. И тут же приехали к нему всей толпой в Кострому, на Волгу и сказали Михаилу:

– Кроме тебя никого более достойного и душой чистого не нашли. Так будь же нашим царем!

А Михаилу всего-то 16 лет...Он сам такие дела еще не решал и обратился за советом к маменьке, которая была монахиней. Как услышала Мишенькина маменька, что ее единственного сыночка хотят у нее отнять, увезти в Москву и сделать царем, так и заплакала в голос, словно ее сына на казнь увезти хотят!.. И ответила думцам:

– Никогда не бывать этому! Потому что сегодня вы его на царство изберете, а завтра подлые московские бояре поднимут против него заговор и убьют его, как котенка! Потому что в наше страшное смутное время нет никому больше веры! Так что и вы тоже ступайте отсюда с Богом...А сына я вам не дам!

Постояли думцы, почесали затылки, а наутро, когда Михаил с маменькой пошли в церковь, пришли туда вслед за ними, встали перед ними на колени и опять принялись умолять монахиню отпустить своего сыночка на царство. Говорили ей:

– Будем ему верны, как рабы и холопы! А иначе без царя России – окончательная погибель... – и при этом клятвенно целовали иконы!

Но монахиня оставалась непреклонной и отвечала им одно:

– Нет!!!

Так ВОСЕМЬ раз приходили думцы к монахине, опять и опять в церкви падали перед ней на колени, клялись быть царю во всем покорными и опять торжественно перед алтарем целовали старинные святые иконы!

И наконец монахиня сдалась! Согласилась...

Только таким вот образом сумел российский народ выбрать всей стране нового и молодого единого и удобного для всех царя!

И потекла Волга-матушка степенно и преспокойно себе дальше! И опять тихо и сытно стало на Руси.

Так в мире прошло более полувека...

Однако соперником спокойной и огромной Волге стал Малый Тартар – так назывались тогдашние придонские степи. Именно туда сбегались все разбойные людишки, которые не подчинились новому царю. Там они записывались в казаки и продолжали свои грабежи на южных границах страны. Именно за это полное беззаконие Дон тогда и прозвали ДИКИМ! Так тогда и говорили – Дикий Дон. А главарем разбойников стал атаман Степан Разин. Однако вскоре Дон показался ему слишком скучной и бедняцкой рекой. Ему страстно хотелось огромных богатств и простора! Именно поэтому он и перебрался сначала на Волгу. А оттуда уже в Каспийское море и в Персию. Там он вместе с сотоварищами ограбил множество персидских купеческих судов и даже несколько небольших городков. Именно там казаки набрали себе столько всякого добра, что выкинули свои прежние серые казацкие одежды и вырядились в яркие разноцветные персидские штаны, халаты и шапки. Карманы у них у всех были полны золотыми монетами, кольцами и даже серьгами, которые они силой и с кровью повырывали из ушей нежных и богатых персиянок. Потом разинцы вернулись на Волгу, в Астрахань и принялись в кабаках пропивать свою огромную бандитскую добычу! Там они хвалились перед всеми своими злыми подвигами и расплачивались с кабатчиками кольцами с изумрудными и рубиновыми глазками и никогда доселе здесь не виданными огромными жемчужинами! Многие астраханцы завидовали разбойникам и тут же принялись просить Разина тоже принять их в свою банду. Разин увидел, что у него собирается огромная армия жадных до чужих денег людей, и он тут же возомнил себя великим атаманом и по пьяни на радостях объявил, что теперь завоюет уже все поволжские города! А после этого двинется уже и на Москву – чтобы скинуть царя и вместо него самому стать атаманом всея Руси! И до поры до времени всё это у Разина действительно ловко получалось!.. Он завоевал у царских войск ровно половину Волги: города Астрахань, Царицын, Саратов, Самару. И везде объявлял себя новым российским царем и говорил, что сам патриарх признал в нем законного государя, бежал ради этого из Москвы и теперь плывет вместе со всем его войском вверх по Волге обратно в столицу, чтобы там в самОм Кремле законно по всем православным правилам венчать Разина на царство в самом главном российском соборе! А чтобы народ ему верил, Разин приказал в одном из расписных стругов поставить большой высокий шатер из персидского и китайского шелка, в нем посадили куклу в человеческий рост, наряженную под патриарха со всеми его крестами и регалиями, и показывали эту куклу всем издалека как настоящего живого человека. Простой народ охотно верил Разину и вступал в его армию толпами! И вот наконец доплыли разинцы аж до Симбирска. А Симбирск был всегда городом необычным, особенным! Он стоял над Волгой на высоченной горе, на самом ее обрыве. Здесь еще тысячу лет назад располагался старинный город, и древние эрзяне называли его Зырень Бир, что означало «Золотая Гора». У Разина к этому моменту была уже огромная армия в двадцать тысяч казаков. Увидев Симбирск, Разин скомандовал своим разбойникам: «Сарынь на кичку!», что в переводе с эрзянского означало «золото из трюма – наверх!».Это был знаменитый клич всех волжских речных пиратов. И они начали штурм!

На самом верху Симбирской горы стояла деревянная крепость. Это место в городе до сих пор называется Венец – то есть самое высокое и красивое место в округе, как бы золотая царская корона! Город был построен русскими совсем недавно, всего 25 лет назад, кремль был очень крепкий, почти новый, и поэтому Разин просчитался. Штурм крепости с наскока провалился. Но бравый и слишком уж уверенный в своем полном превосходстве над противником атаман не успокаивался и приказывал штурмовать ее еще и еще раз. И всякий раз двести стрельцов, которые защищали Симбирск, успешно отбивали натиск лихих разбойников. И так продолжалось целый месяц!..

Разин не верил собственным глазам! Двадцать тысяч его бесшабашных и озверевших от неудачи казаков не могут одолеть всего каких-то двести царских стрельцов! И что только в связи с этим разинцы ни придумывали. И обстреливали кремль из пушек, и поджигали его стены одновременно с разных сторон, и даже насыпали недалеко от кремля высокий курган, поставили на него свои пушки и обстреливали кремль уже сверху – но всё было для них совершенно безрезультатно! Город стоял невредимым как заколдованный! Однако у стрельцов, намертво запертых внутри крепости, закончились все запасы воды. Они попытались вырыть колодец, но сразу всем было ясно, что на такой высокой горе воды просто и быть не могло!.. И вот тогда стрельцы начали впервые роптать...Дело ухудшало еще и то, что они прекрасно знали, что их командир Иван Милославский – всем известный хапуга и вор! Он был дальним родственником самого царя и поэтому считал, что всё ему сойдет с рук. Милославский присвоил себе деньги, которые ему из государственной казны выдал царь, чтобы тот заплатил стрельцам за их верную государеву службу. Но Милославский не платил им уже целый год! А разинцы из-за крепостной стены в это время кричали:

– Эй, стрельцы-удальцы! Убейте этого ворюгу Милославского! Переходите к нам, и вы тоже станете такими же богатыми, как и мы. Вместе пойдем грабить и жечь проклятую царскую Москву! Всем боярам и дворянам устроим там секир башка! И тогда наступит славное казачье царство-государство свободных и честных людей!

Но в Симбирском кремле еще остались в живых старики, которые хорошо помнили разорение России, случившееся более полувека назад при проклятых поляках и смуте сразу же после смерти Ивана Грозного. Они рассказывали молодым, как многочисленные банды в те проклятые и страшные годы грабили русские города и села, убивали в них всех подряд, сжигали дома бедного люда, не жалея даже детей! Как народ остался без урожая и многие от лютого голода и безумства даже ели людей...И только новый выбранный царь сумел установить в стране твердый порядок при поддержке всего русского народа! И тогда симбирские старики спрашивали своих кремлевских стрельцов:

– И что же теперь? Вы желаете повторения того же самого? Вы думаете, что новые бандиты пощадят ваших родителей, жен и детей? И не надейтесь! Ведь опять пойдут убийства, грабежи, разбои, мятежи...Опять начнется смута, и она будет еще страшнее, чем прежняя!.. Так что думайте, детки вы наши, чему вы останетесь верны – государству или бунтарству и окаянству? Как дальше пожелаете жить – в трудном государевом подчинении или полном бандитском разорении? Чему станете служить – государевой чести или разбойничьей мести?

Стрельцы верили старикам и не предали ненавистного им Милославского, не выдали его разинским бандитам и продолжали честно служить своему государю! Видя это их упорство, Разин однажды не выдержал, разозлился и закричал на Волгу:

– Так вот ты какая, проклятая русская река! Пошла против нас, донских казаков, тварь?! Ну уж нет! Я заставлю тебя подчиниться нам, лихим казакам! Батюшке Дикому Дону! Так вот же тебе! Получай! – и он выхватил из-за пояса казацкую плетку, ручку которой украшали редкостные самоцветы и алмазы, и при всех несколько раз хлестнул по глади Волги, словно река была живой женщиной и его покорной рабыней! И тут же волны реки в том месте, где по ним прошлась плетка Разина, окрасились в красный цвет...Словно на нежной коже женщины выступили кровавые рубцы...Все казаки застыли в ужасе от увиденного и некоторые, самые отважные, вслух сказали своему атаману:

– Это не к добру...Напрасно ты так ее, атаман...Волга нам этого уже никогда не забудет! И жестоко отомстит! Вот увидишь...

– Ерунда! – только лишь отмахнулся от них Разин в ответ. Он никогда не верил ни в какие предзнаменования! И совершенно напрасно...

Не понравилось Волге такое с ней обращение со стороны самовлюбленного и жестокого атамана! И решила она его самого и всю его разбойничью армию сурово покарать! Извести всех до смерти! И тогда в осажденной крепости произошло чудо! Этой же ночью стрельцы вдруг увидели, что из их крепостной церкви, вся освещенная волшебным голубым сиянием, вышла молодая невиданной красоты женщина! На ней было длинное полупрозрачное платье, которое парило и перекатывалось над землей, словно это были речные волны...Эта женщина плавно и невесомо спустилась со ступенек паперти, проплыла несколько шагов по воздуху, затем ударила своим серебряным посохом оземь и громко изрекла солдатам:

– Копайте здесь! – и медленно растаяла...Только обильная серебряная роса осталась там, где она только что прошла...

Когда стрельцы пришли в себя, они тут же взяли лопаты и приготовились было долго копать. Но едва они вынули первый ком земли, как из почвы высоко вверх брызнул неиссякаемый источник такой долгожданной воды! Впервые за несколько последних недель бойцы напились вдоволь! И тут же все разом почувствовали, что сил у них увеличилось вдесятеро! Видимо, вода в источнике была не простая, а святая! И тогда все в крепости догадались, что явилось к ним только что никакое не волшебное видение, а была эта никто иная как сама Волга-матушка в образе женщины!

А Стеньке Разину казаки утром доложили, что в кремле на Венце вдруг открылся чудодейственный источник и что надежды на то, что стрельцы все скоро перемрут от жажды, больше нет. И тогда Стенька решил предпринять последний и самый мощный штурм! Он приказал собрать вместе все пушки, которые у них были, и бить из них в одну точку столь ненавистного ему кремля. Так и было сделано. И стены крепости от такого натиска затрещали! Бревна в ней начали разлетаться, как спички! Казалось, пришла ко всем солдатам кремля их последняя минута...Но стрельцы вовремя вдруг догадались окропить стены своего последнего в жизни укрепления святой водой из открывшегося источника, и тут же бревна крепости стали как каменные! Ядра начали отлетать от них, словно легкие игрушечные мячики! А пули стрельцов вдруг стали летать так далеко и метко, что две из них достигли аж самого атамана, который в это время прятался от боя далеко внизу, на берегу Волги, и тяжело его ранили. Горячая кровь потекла из глубоких ран непрерывным потоком! Разин очень испугался за свою бесценную жизнь и тут же приказал своим ближайшим охранникам бросить всех и всё и немедленно бежать из этого проклятого Симбирска куда глаза глядят! Те с радостью выполнили его приказ – сели вместе с Разиным в три самых больших и нарядных струга и вниз по реке на огромных парусах, сшитых из разноцветных персидских шелков, утекли назад, на свой Дикий разбойничий Дон.

Оставшись без атамана, все остальные казаки поняли, что их предали, что они проиграли и вскоре сдались в плен царским войскам, подошедшим к Волге из Москвы. Так бунт и прекратился, словно его никогда и не было...

За этот подвиг двухсот безвестных стрельцов великая императрица Екатерина Вторая вскоре наградила град Симбирск особенным образом. У всех соседних волжских городов она повелела разместить на гербах всяких животных На гербе Царицина – рыбу, на гербе Самары и вовсе козу...А вот маленькому, но столь знаменитому и славному Симбирску она со всей своей царской щедростью пожаловала герб с древнегреческой беломраморной колонной в центре, самый верх которой украшает величественный золотой императорский венец. А под гербом золотыми буквами написано:«Опора и слава Российской державы!»

Так этот герб и сохранился у Симбирска до сих пор. 

Comments: 0